В комментарии «АГ» представитель заявителя поделился: их позиция строилась на том, что нижестоящие суды допустили фундаментальную ошибку в толковании норм материального и процессуального права, необоснованно предъявив к доказательствам упущенной выгоды завышенные требования «абсолютной безусловности». Эксперты «АГ» согласились с выводами ВС, отметив, что он формирует позитивную практику, направленную на защиту прав собственников имущества по взысканию ими упущенной выгоды.
Верховный Суд опубликовал Определение по делу № 24-КГ26-5-К4, в котором отметил, что незаконное удержание имущества влечет обязанность возместить упущенную выгоду, при расчете которой суды обязаны оценивать доказательства получения дохода истцом за период, предшествующий нарушению его прав.
Решением Кропоткинского городского суда Краснодарского края от 16 мая 2023 г. были удовлетворены исковые требования Сергея Попова к С. и Мурату Пшизапекову. Суд расторгнул договор купли-продажи транспортного средства – полуприцепа от 9 июня 2022 г., заключенный между Сергеем Поповым и С., признал недействительным ДКП полуприцепа, заключенный 31 августа 2022 г. между С. и Муратом Пшизапековым, истребовал полуприцеп из незаконного владения последнего, взыскал в пользу истца денежные средства за период с 9 июня 2022 г. по день принятия решения из расчета 25 тыс. руб. за каждый месяц пользования транспортным средством. Также суд отказал в удовлетворении встречного иска Мурата Пшизапекова к Сергею Попову, С. о признании его добросовестным приобретателем.
21 декабря 2023 г. на основании решения суда выдан исполнительный лист, который в тот же день предъявлен в службу судебных приставов для принудительного исполнения. Кропоткинским РОСП УФССН России по Республике Адыгея было возбуждено исполнительное производство в отношении Мурата Пшизапекова. Между тем требования исполнительного документа не исполнены, полуприцеп собственнику не был передан.
В июне 2025 г. Сергей Попов обратился в суд с иском к Мурату Пшизапекову о взыскании упущенной выгоды в размере 1,6 млн руб. Он указал, что ответчик не исполнил решение суда, не вернул полуприцеп. При этом ранее, начиная с 19 января 2022 г., Сергей Попов извлекал прибыль путем передачи полуприцепа третьим лицам в пользование за плату. В связи с этим истец полагал, что с 16 мая 2023 г. ему причинены убытки в виде упущенной выгоды (арендной платы за полуприцеп), которые подлежат взысканию с незаконного владельца.
Решением Кошехабльского районного суда Республики Адыгея от 14 июля 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано. Суд исходил из отсутствия доказательств, подтверждающих то, что возможность получения истцом доходов от сдачи полуприцепа в аренду существовала реально. С такими выводами согласились апелляция и кассация.
Сергей Попов подал кассационную жалобу в Верховный Суд, в которой просил отменить состоявшиеся по делу судебные постановления как незаконные. Изучив жалобу, Судебная коллегия по гражданским дела ВС пояснила, что согласно ст. 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 данного Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.
Как отметил ВС, при определении упущенной выгоды учитываются принятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В определении разъяснено: суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.
Судебная коллегия указала, что согласно разъяснениям, изложенным в п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу ст. 15 ГК упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Применительно к нормам права и разъяснениям, данным в постановлении Пленума, к упущенной выгоде может быть отнесена прибыль, не полученная собственником имущества, в данном случае транспортного средства, в связи с действиями третьих лиц. В таком случае подтверждение и расчет упущенной выгоды могут производиться на основе данных о прибыли за аналогичный период времени до возникновения препятствий в использовании имущества.
В определении отмечено, что, как указывал Сергей Попов, полуприцеп был предназначен для коммерческого использования, при обычном развитии событий, т.е. при типичных условиях функционирования рынка, на которые не воздействуют непредвиденные обстоятельства, истец, действуя разумно и предусмотрительно, продолжил бы свободно реализовывать свои права в отношении принадлежащего ему полуприцепа, извлекая доход от его использования. Единственным препятствием, не позволившим Сергею Попову получить доход, являлось противоправное поведение Мурата Пшизапекова.
ВС принял во внимание, что Сергеем Поповым представлены доказательства извлечения прибыли за период времени, предшествующий возникновению препятствий в использовании транспортного средства, в частности договор аренды полуприцепа, заключенный 19 января 2022 г. между супругой истца и О., с размером арендной платы 25 тыс. руб. в месяц.
В нарушение приведенных положений закона и разъяснений Пленума ВС первая инстанция не дала оценку представленному истцом доказательству и не привела мотивы, по которым отвергла его. Суды апелляционной и кассационной инстанций ошибки нижестоящего суда не исправили, констатировала Судебная коллегия. Таким образом, Верховный Суд отменил обжалуемые судебные акты, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
В комментарии «АГ» представитель заявителя, юрист Вилен Аршанский поделился: их позиция строилась на том, что нижестоящие суды допустили фундаментальную ошибку в толковании норм материального и процессуального права, необоснованно предъявив к доказательствам упущенной выгоды завышенные требования «абсолютной безусловности». Он отметил, что сам факт виндикации имущества и его длительное неисполнение ответчиком создают для собственника объективную невозможность использовать свою вещь.
По словам представителя, в такой ситуации требование от истца представления договоров аренды на период, когда имущество находилось в чужом незаконном владении, противоречит здравому смыслу и принципу справедливости. Ответчик, удерживая имущество, сам создал препятствия для извлечения дохода, а значит, не может ссылаться на отсутствие доказательств, которые он же сделал невозможными для получения, подчеркнул Вилен Аршанский.
Как рассказал юрист, для подтверждения размера упущенной выгоды они представили исчерпывающую доказательственную базу: договор аренды от 19 января 2022 г. с размером платы 25 тыс. руб. в месяц, который подтверждал, что имущество систематически использовалось в коммерческих целях. Однако суды трех инстанций проигнорировали этот договор, не дали ему никакой оценки и не привели мотивов, по которым отвергли его, что является прямым нарушением ст. 67 ГПК, пояснил Вилен Аршанский.
Кроме того, отметил представитель, они с доверителем настаивали на том, что суды обязаны были учесть вступившее в силу решение Кропоткинского городского суда от 16 мая 2023 г., которым уже был установлен факт использования полуприцепа для извлечения прибыли. Вилен Аршанский пояснил, что хотя в силу процессуальных правил этот акт является важнейшим письменным доказательством, подтверждающим реальную доходность имущества, нижестоящие инстанции проигнорировали и его. Апелляция, по его словам, исказила мотивировку суда первой инстанции, подменив основания для отказа, что является нарушением п. 5 ч. 2 ст. 329 ГПК. Кассационный суд, в свою очередь, не исправил эти ошибки, ограничившись шаблонными формулировками, добавил юрист.
«Выводы Верховного Суда – безусловно верные, долгожданные и юридически безупречные. Они полностью соответствуют духу и букве закона, а также разъяснениям Пленума ВС РФ, которые, к сожалению, были проигнорированы нижестоящими инстанциями», – прокомментировал Вилен Аршанский.
Он выделил три ключевых правовых достижения в данном судебном акте, которые, по его мнению, имеют прецедентное значение для всей судебной практики по виндикационным спорам и спорам о взыскании упущенной выгоды. Во-первых, ВС подтвердил недопустимость формального отказа в иске. Прямо сославшись на п. 5 ст. 393 ГК и разъяснения Пленума, Суд указал, что размер упущенной выгоды должен устанавливаться с разумной степенью достоверности. Требование доказательств получения дохода с безусловностью является ошибочным – для удовлетворения иска достаточно подтвердить реальную возможность получения выгоды, а невозможность точного расчета не может служить основанием для отказа. Это ключевой момент, который исправляет порочную практику нижестоящих судов, считает Вилен Аршанский.
Во-вторых, как подчеркнул юрист, ВС легитимировал доказательства «прошлого периода». Суд указал, что подтверждением упущенной выгоды могут служить данные о прибыли за аналогичный период времени до возникновения препятствий. Иными словами, если бизнес велся, имущество сдавалось в аренду и приносило доход до того, как оказалось у ответчика, – это достаточное доказательство того, что при возврате имущества доход продолжился бы. Вилен Аршанский находит особо важным то, что ВС отметил доказательственную силу решения Кропоткинского городского суда, подтверждающего реальную возможность получения дохода.
В-третьих, юрист обратил внимание, что Верховный Суд констатировал грубое нарушение процессуального закона. Суды нижестоящих инстанций не просто ошиблись в оценке фактов, а проигнорировали представленные доказательства, не приведя мотивы отказа. Вилен Аршанский отметил, что это прямое нарушение ст. 67 ГПК, обязывающей суд оценивать доказательства и отражать результаты оценки в решении. Кроме того, согласившись с их позицией, ВС подтвердил, что ответчик, открыто не исполняя вступившее в законную силу решение суда об истребовании имущества, не может освобождаться от возмещения убытков, которые это имущество приносило бы собственнику.
«На мой взгляд, судебный акт ВС дает четкий сигнал судам: нельзя требовать от истца “идеальных” доказательств там, где их физически нет из-за противоправных действий ответчика. Теперь при новом рассмотрении дела суду первой инстанции предстоит по существу оценить представленные доказательства, применить принципы справедливости и соразмерности и определить размер упущенной выгоды за период незаконного владения ответчиком, которую мой доверитель не получил из-за его незаконных действий. Мы рассчитываем, что после нового рассмотрения справедливость будет восстановлена в полном объеме», – резюмировал Вилен Аршанский.
Комментируя определение ВС, адвокат Свердловской областной коллегии адвокатов Станислав Лысый отметил, что в данном деле ВС убрал «доказательственный» барьер для истца по доказыванию причинения убытков в виде упущенной выгоды, в отличие от нижестоящих судов. «В этой ситуации, по логике и применимому подходу нижестоящих судов, такие споры для истцов (потерпевших) вообще являются бесперспективными и снижают доступность в правосудии. При этом процессуально вопрос остается открытым, если бы взыскивался астрент за непередачу полуприцепа. Фактически будет ли это квалифицироваться как двойная гражданско-правовая ответственность, или можно установить астрент и еще взыскать убытки по ст. 15 и 1064 ГК?» – рассуждает адвокат.
По мнению Станислава Лысого, прослеживается такой судейский «тренд», когда решения выносятся исключительно из степени «сложности» мотивировки. «В данном случае судам проще расписать в судебных актах, что доказательства наличия убытков не представлены, состава убытков нет, что является основанием для отказа. При удовлетворении же исковых требований уже необходимо проводить более глубокий анализ доказательств, логически выводить факт причинения убытков, устанавливать причинно-следственную связь и т.д.», – пояснил он.
Член АП Московской области Наталья Кузьмина отметила, что ситуация, при которой ответчик не исполняет вступившее в законную силу решение суда, на основании которого истребовано из чужого незаконного владения имущество, является нередкой. По словам адвоката, предусмотренные законом механизмы и меры принудительного исполнения не всегда оказываются действенными. «Недобросовестный должник, уклоняющийся от возврата имущества, часто остается безнаказанным. Своим определением ВС РФ формирует позитивную практику, направленную на защиту прав собственников имущества по взысканию ими упущенной выгоды в подобных ситуациях», – полагает эксперт.
При этом, по ее мнению, важным является разъяснение Суда по вопросу доказывания реальности упущенной выгоды. «В рассмотренном деле суды исходили из отсутствия доказательств, подтверждающих, что возможность получения истцом доходов от сдачи полуприцепа в аренду существовала реально. Представление доказательств возможности заключения договора аренды в период, когда имущество незаконно не было возвращено собственнику, является затруднительным. Однако ВС указал на то, что истцом были представлены доказательства извлечения прибыли за период времени, предшествующий возникновению препятствий в использовании полуприцепа, – договор аренды полуприцепа от 2022 г. Именно недобросовестные действия ответчика сделали невозможным заключение таких новых сделок. Однако суды не дали оценку этому доказательству, пошли по пути формального констатирования недоказанности возможности получения истцом доходов от сдачи полуприцепа в аренду в спорный период. Таким образом, изложенная позиция Верховного Суда должна способствовать восстановлению прав собственников имущества по взысканию ими упущенной выгоды, защищая от злоупотреблений со стороны недобросовестных должников, уклоняющихся от возврата имущества», – подчеркнула Наталья Кузьмина.
Адвокат КА «Трепашкин и партнеры» г. Москвы Тамара Харитонова считает, что ВС затронул важную проблему, связанную с взысканием упущенной выгоды. Зачастую такая категория дел считается сложной с точки зрения доказывания, поэтому определение является актуальным для правоприменительной практики. По мнению адвоката, Суд пришел к законным и обоснованным выводам, поскольку истцом были представлены доказательства, подтверждающие извлечение прибыли и ее размер.
Тамара Харитонова обратила внимание: основанием для иска о взыскании упущенной выгоды являлось решение суда, в котором было установлено, что с 9 июня 2022 г. по 16 мая 2023 г. истцу причинялись убытки в размере неполученной арендной платы за каждый месяц. Однако, несмотря на это, суды нижестоящих инстанций допустили ошибки в рассмотрении дела и не дали оценку представленным доказательствам, хотя доказательства, подтверждающие реальную возможность получения истцом доходов от сдачи полуприцепа в аренду, были представлены суду, пояснила адвокат.