Мосгорсуд оставил в силе решение о незаконности отказа СИЗО адвокату в свидании с подзащитной

29 июля Московский городской суд оставил без изменения решение суда, которым признаны незаконными действия должностных лиц СИЗО-6 УФСИН России по г. Москве, выразившиеся в отказе в предоставлении свидания обвиняемой с ее защитником из-за письма следователя.

Первая инстанция признала действия СИЗО незаконными

Как ранее писала «АГ», в производстве ГСУ СК России по г. Москве находится уголовное дело, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 291.1 УК РФ, в отношении Л. и других лиц. Защиту Л. осуществляет адвокат АП Московской области Владимир Чинилин. 11 ноября 2024 г. старший следователь по ОВД ГСУ СК России по г. Москве К. Шандин направил в администрацию СИЗО-6, где содержалась Л., письмо о запрете прохода в учреждение к ней адвокатов, в том числе не имеющих письменного разрешения на посещение, а также прибывших первично для заключения соглашения.

На основании данного письма 14 ноября того же года должностными лицами СИЗО-6 Владимиру Чинилину при предъявлении им ордера и удостоверения было отказано в посещении подзащитной. Не согласившись с отказом, адвокат обжаловал действия сотрудников СИЗО в прокуратуру г. Москвы. В жалобе он просил признать действия указанных лиц незаконными, обязать их устранить нарушения и не препятствовать Л. и адвокату в реализации их прав. В декабре 2024 г. прокуратура г. Москвы сообщила: в ходе проверки было установлено, что доводы о необоснованном недопуске адвоката к обвиняемой нашли объективное подтверждение и в связи с допущенными следователем нарушениями требований федерального законодательства прокуратурой приняты меры реагирования.

Кроме того, Владимир Чинилин обратился в суд с административным иском (есть у «АГ») к СИЗО-6, в котором просил признать незаконными действия (бездействие), выразившиеся в непредставлении ему свидания с подзащитной. Адвокат пояснил, что изначально сотрудники бюро пропусков СИЗО отказали ему в свидании с Л.; после он прибыл на личный прием к заместителю начальника СИЗО, который указал на невозможность свидания с подзащитной ввиду поступившего от следователя запрета на посещение последней любыми адвокатами.

В иске отмечалось, что возражения защитника о безусловном праве адвоката встречаться с обвиняемой при предъявлении удостоверения адвоката и ордера, а также то, что данное право не зависит от волеизъявления какого-либо должностного лица, в том числе следователя, оставлены без внимания. Владимир Чинилин указал, что законных оснований для отказа в свидании с подзащитной не было, что нарушает его право на осуществление защиты.

Адвокат сообщил о ситуации в Адвокатскую палату Московской области. Рассмотрев обращение, Комиссия АП МО по защите профессиональных и социальных прав адвокатов направила в суд свою позицию по иску Владимира Чинилина (есть у «АГ»). Комиссия сообщила, что находит отказ должностных СИЗО-6 в свидании адвоката с подзащитной незаконным и необоснованным, а поданное административное исковое заявление – подлежащим удовлетворению. Она отметила, что незаконные действия административного ответчика напрямую нарушают конституционные права и законные интересы как гражданки Л., так и ее защитника, являются фактами воспрепятствования как адвокатской деятельности, так и доступу к правосудию.

Администрация СИЗО направила возражения на административный иск, сообщив, что стадия расследования уголовного дела напрямую связана с защитой следователем данных предварительного следствия и недопущением фактов их разглашения, а также воспрепятствованием подозреваемому, обвиняемому продолжить преступную деятельность, скрыть имеющие значение по делу сведения, уничтожить доказательства. В связи с этим законодатель возлагает на следователя или дознавателя обязанность по осуществлению главного принципа судопроизводства – неотвратимости наказания лица за совершенное преступление.

В возражениях также отмечалось, что поскольку следственно-арестованная Л. числится за ГСУ СК России по г. Москве, СИЗО-6 обязано было исполнить поручение следователя и оно не вправе давать оценку его действиям, так как вопрос лежит в плоскости правоприменения законов РФ должностными лицами правоохранительной системы, законности и обоснованности конкретного решения. Администрация СИЗО указала, что является лишь исполнителем направленного от следователя поручения, которое обязательно к исполнению в соответствии с УПК, в связи с чем просила отказать в удовлетворении исковых требований.

Читайте также

23 января 2025 г. Люблинский районный суд г. Москвы признал незаконными действия должностных лиц СИЗО-6. Суд указал, что согласно п. 9 ч. 4 ст. 47 УПК обвиняемый вправе иметь свидания с защитником наедине и конфиденциально, без ограничения их числа и продолжительности.

Как разъяснено в решении, в соответствии со ст. 18 Закона о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений свидания предоставляются защитнику по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. Истребование у адвоката иных документов запрещено. Если в качестве защитника участвует иное лицо, свидание с ним предоставляется по предъявлении соответствующего определения или постановления суда, а также документа, удостоверяющего личность. Аналогичные нормы содержатся в п. 144, 145 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 4 июля 2022 г. № 110.

Суд отметил, что по смыслу ст. 49, 51, 52 и 72 УПК и в силу правовых позиций, изложенных в решениях Конституционного Суда РФ, лицо, допущенное к участию в уголовном деле в качестве защитника, сохраняет свои уголовно-процессуальные права и обязанности на всех стадиях производства по делу, в том числе до тех пор, пока судом не будет принят отказ обвиняемого от данного защитника или суд не примет решение о его отводе (определения КС от 13 октября 2009 г. № 1107-О-О; от 25 сентября 2014 г. № 1916-О и от 26 апреля 2016 г. № 708-О).

Как подчеркнул районный суд, обстоятельствами, имеющими значение по данному делу, являются представление адвокатом доказательств того, что он был допущен к защите в установленном законом порядке по конкретному уголовному делу, его встреча с Л. соответствовала воле доверителя и имела целью получение ею квалифицированной юридической помощи, оказываемой в установленном УПК порядке. Кроме того, при обращении с заявлением о предоставлении встречи адвокат представил необходимые документы, не вызывающие у администрации СИЗО сомнений в том, что именно он, а не иное лицо допущен к защите в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством.

Суд напомнил, что для удовлетворения требований, рассматриваемых в порядке гл. 22 КАС РФ, о признании незаконными действий (бездействия) административных ответчиков необходимо наличие двух условий: несоответствия оспариваемых действий нормативным правовым актам, регулирующим рассматриваемые правоотношения, и нарушения в связи с ними прав, свобод и законных интересов административного истца. Указанные обстоятельства при разрешении данного административного дела были установлены.

Апелляция отказала в удовлетворении требований адвоката

Административный ответчик обжаловал решение первой инстанции в Московский городской суд, который апелляционным определением от 21 октября 2025 г. отменил его. Отказывая в удовлетворении требований адвоката, апелляция сослалась на Определение КС № 1573-О-О/2010, согласно которому право обвиняемого в совершении преступления на самостоятельный выбор защитника не является безусловным. По своему содержанию данное право, пояснил КС, не означает право выбирать в качестве защитника любое лицо по усмотрению обвиняемого, в том числе без учета обстоятельств, исключающих его участие в деле (Определение № 304-О/2001).

Перечислив полномочия следователя, закрепленные в ст. 38 УПК, апелляционный суд указал, что поскольку 14 ноября 2024 г. Л. числилась за ГСУ СК России по г. Москве, то административный ответчик обязан был исполнить поручение следователя по особо важным делам, в связи с чем какие-либо незаконные действия со стороны СИЗО-6 не усматриваются. Судебная коллегия пришла к выводу, что суд первой инстанции неверно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, поэтому его решение подлежит отмене.

Кассационный суд направил дело на новое рассмотрение

Представитель Владимира Чинилина – адвокат КА Санкт-Петербурга «Северный Рим» Максим Никонов подал кассационную жалобу на апелляционное определение, в которой заметил, что согласно правовой позиции КС, изложенной в Постановлении от 25 октября 2001 г. № 14-П, выполнение адвокатом процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, основанного на не перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, исключающих участие этого адвоката в деле. Реализация права подозреваемого и обвиняемого на помощь адвоката, в том числе на свидания с ним, не может быть обусловлена разрешением лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело.

Максим Никонов подчеркнул, что полномочие следователя на блокирование адвокату, выполняющему функции защитника, доступа к подзащитному, который содержится в СИЗО, не предусмотрены ни действующим законодательством, ни его конституционно-правовым толкованием, включая нормативно-правовые и судебные акты, которые Мосгорсуд процитировал в апелляционном определении сугубо формально – поскольку они либо не содержат такое полномочие, либо в принципе неотносимы к рассматриваемой ситуации в данном деле.

Читайте также

Наконец, пояснил адвокат, апелляционный суд неверно распределил бремя доказывания между сторонами, проигнорировав правовую позицию КС, изложенную в Постановлении от 21 января 2019 г. № 6-П, согласно которой оценка законности и обоснованности решения или действия органа публичной власти должна быть дана самим органом еще до его принятия или совершения, и в правовом государстве, каковым является Российская Федерации, данная обязанность не может быть перенесена на иное лицо. Таким образом, должностные лица СИЗО-6 были обязаны еще до отказа в предоставлении свидания проверить наличие правовых оснований для такого решения, чего сделано не было.

Читайте также

3 апреля 2026 г. Второй КСОЮ отменил апелляционное определение и направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. Кассация указала, что наличие предусмотренных УПК обстоятельств, исключающих допуск защитника к содержащейся под стражей Л., апелляционным судом не проверено. Неполнота исследования обстоятельств дела не позволила апелляции в полной мере проверить законность оспариваемых действий административного ответчика, посчитала кассация.

При новом рассмотрении апелляция оставила решение первой инстанции в силе

Рассмотрев дело, апелляционный суд указал, что согласно представлению прокуратуры г. Москвы об устранении нарушений закона, вынесенного в адрес начальника ГУФСИН России по г. Москве, прокуратурой проведена проверка соблюдения федерального законодательства в СИЗО-6, по результатам которой установлено, что в нарушение требований ст. 17, 18 Закона о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, ст. 49, 53 УПК и Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Владимиру Чинилину при предъявлении ордера и удостоверения адвоката необоснованно отказано в свидании с обвиняемой Л. При этом объективные сведения о наличии обстоятельств, препятствующих свиданию адвоката с обвиняемой, отсутствовали.

Апелляционная инстанция подчеркнула, что выполнение процессуальных обязанностей защитника предполагает наличие ордера на ведение уголовного дела конкретного лица и не зависит от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которых находится дело. Следовательно, действующее правовое регулирование закрепляет уведомительный, а не разрешительный порядок вступления адвоката в дело.

«При предъявлении удостоверения адвоката и ордера на ведение уголовного дела конкретного лица адвокат допускается к участию в этом деле и наделяется правами, предусмотренными ст. 53 Уголовно-процессуального кодекса РФ, в том числе правом иметь свидания с подзащитным; решение же об отводе защитника может основываться только на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, исключающих его участие в деле», – указано в апелляционном определении.

Суд апелляционной инстанции разъяснил: по смыслу правовой позиции КС, изложенной в Постановлении № 14-П/2001, положения ст. 49 и 53 УПК не должны служить основанием для лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, принимать правоприменительные акты, разрешающие защитнику участвовать в деле; не должны они рассматриваться и как основание для введения разрешительного порядка реализации права адвоката иметь свидания с подозреваемым или обвиняемым, содержащимся под стражей. Иное истолкование указанных норм противоречило бы правовым позициям Конституционного Суда по вопросу вступления адвоката в уголовное дело в качестве защитника, лишало бы подозреваемого и обвиняемого возможности своевременно получить квалифицированную юридическую помощь, а адвоката (защитника) – выполнить профессиональные и процессуальные обязанности.

Как заметила апелляция, изложенные правовые нормы в истолковании, данном КС, правильно применены судом первой инстанции с учетом фактических обстоятельств административного дела, поскольку Владимир Чинилин, предъявив ордер и адвокатское удостоверение, имел право на свидание с подзащитной. Апелляционный суд не принял во внимание ссылки административного ответчика на информационное письмо ОВД ГСУ СК России по г. Москве о запрете допуска к Л. «каких-либо защитников», поскольку право подозреваемых и обвиняемых на получение квалифицированной юридической помощи и, как его составляющая, право на свидание с защитником является непосредственно действующим правом.

Судебная коллегия обратила внимание, что решение следователя об отводе защитника в порядке, предусмотренном ст. 69, 70 УПК, в материалы административного дела не представлено. Выводы суда первой инстанции являются верными, основанными на фактических обстоятельствах дела и нормах законодательства; оснований не согласиться с ними нет, поскольку они мотивированны, соответствуют содержанию исследованных судом доказательств и нормам материального права, подлежащим применению по настоящему делу, заключила апелляция. Таким образом, Мосгорсуд оставил решение Люблинского районного суда г. Москвы от 23 января 2023 г. без изменения, апелляционную жалобу СИЗО-6 – без удовлетворения.

Комментарии адвоката и его представителя

«Когда в СИЗО отказывают в свидании с подзащитным из-за письма следователя – это спор не о тонкостях права, а о том, что в учебнике по уголовному процессу отмечено как само собой разумеющееся. Полуторагодичное ожидание – слишком высокая плата за напоминание об этом», – отметил в комментарии «АГ» Владимир Чинилин. Адвокат положительно оценил решение апелляционного суда, который при повторном рассмотрении дела тщательно и всесторонне изучил все обстоятельства.

Максим Никонов подчеркнул, что проблема недопуска адвокатов, выступающих в качестве защитников по уголовным делам, к доверителям из-за «блокирующих» писем следователей существует не первый день – вопрос в ее масштабе в разных регионах: где-то это редкость, где-то – привычная практика. «Решают эту проблему по-разному: одни коллеги занимают выжидательную позицию, другие обращаются к руководителю следственного органа или в прокуратуру, редко кто подает административный иск в суд. Мой товарищ и коллега Владимир Чинилин пошел последним путем, и Люблинский районный суд г. Москвы удовлетворил его иск», – отметил адвокат.

Однако, пояснил Максим Никонов, Мосгорсуд на первом круге обжалования отменил это решение по жалобе СИЗО и указал, что «административный ответчик обязан был исполнить поручение следователя по особо важным делам отдела, в связи с чем судебная коллегия не усматривает каких-либо незаконных действий со стороны ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по г. Москве».

Адвокат указал, что тезис «если следователь поручил не пропускать адвокатов – изолятор обязан это сделать» незаконен. Он отметил: у следователя нет полномочия на блокирование доступа адвокатов в СИЗО, а у сотрудников изолятора нет обязанности исполнять незаконные поручения. Максим Никонов подчеркнул, что полезно помнить и о Постановлении № 14-П/2001, которое в силу ст. 6, 79 ФКЗ о КС общеобязательно и действует непосредственно. При этом, подчеркнул адвокат, во всяком случае юридическая сила постановления КС выше, чем письма следователя ГСУ СКР по г. Москве (если для последнего можно признать наличие таковой в принципе). Для лиц и органов, указанных в ст. 6 ФКЗ о КС, включая сотрудников СИЗО-6, это должно быть очевидно, добавил он.

«К сожалению, на первом круге обжалования это оказалось неочевидно и для судей Мосгорсуда. По этой причине я подключился к кассационному обжалованию как представитель административного истца. Второй КСОЮ отменил незаконное апелляционное определение по подготовленной мной жалобе и вернул дело в апелляционную инстанцию, которая на втором круге приняла определение, констатировав очевидное: “право подозреваемых и обвиняемых на получение квалифицированной юридической помощи и, как его составляющая, право на свидание с защитником является непосредственно действующим правом”. Теперь адвокатам из Москвы есть что использовать в ответ на “блокирующие” письма следователей и недопуск в СИЗО. Коллегам из других регионов, где следователи по-прежнему считают себя вправе блокировать доступ адвокатов, пожелаю также создавать положительную судебную практику», – резюмировал Максим Никонов.

Позиция адвокатской палаты

Председатель Комиссии по защите прав адвокатов АП МО Вадим Логинов считает, что апелляционное определение Мосгорсуда является знаковым для российского адвокатского сообщества. Он отметил, что с момента подачи административного иска адвокатом 29 ноября 2024 г. прошло значительное время и на протяжении этого периода Комиссия по защите прав адвокатов АП МО поддерживала его позицию путем участия представителей палаты в судопроизводстве и представления письменных позиций во все инстанции.

«Фактически апелляция положила в основу решения бесспорные доводы истца и АП МО. В настоящий момент готовится подача административного иска адвоката нашей палаты по аналогичному письму следователя ГУ МВД России ЦАО по г. Москве, запретившему проход защитнику в это же СИЗО. Подчеркну, что лишь активная самозащита адвокатов с привлечением органов адвокатского самоуправления дает позитивный результат для всего адвокатского корпуса страны», – сообщил Вадим Логинов.