В комментарии «АГ» представитель родственников рассказал, что в настоящее время зарегистрировано обращение в правоохранительные органы, проводится проверка с целью возбуждения уголовного дела и привлечения к ответственности лиц, причастных к этой ситуации.
19 января Ливенский районный суд Орловской области признал фиктивным брак, заключенный гражданином К. за сутки до подписания контракта с Минобороны. Впоследствии К. пропал без вести в ходе боевых действий. Адвокат АП Брянской области Никита Фурса, представлявший родственников погибшего, рассказал «АГ» об особенностях дела.
27 ноября 2024 г. К. вступил в брак с Ш. В этот же день он выдал супруге доверенность с правом распоряжения денежными вкладами, хранящимися в любых банках на любых счетах, получать и вносить денежные средства в любой сумме. На следующий день К. в г. Липецке заключил контракт с Министерством обороны. Позднее в разговорах с родственниками он пояснил, что «сам не знает, как подписал контракт и оказался женат». 3 мая 2025 г. К. пропал без вести в результате выполнения боевых задач.
Родственники К. обратились за помощью к адвокату Никите Фурсе. Они составили заявление в Генеральную прокуратуру, в котором изложили обстоятельства произошедшего. В частности, они указали, что о заключении К. контракта с Минобороны они узнали в начале 2025 г., что было для них неожиданностью, поскольку ранее он интереса к службе не выказывал, вступать в ряды военнослужащих не планировал. За несколько недель до подписания контракта К. находился в запое, просил брата забрать его из Липецка. На вопрос о том, как он оказался в Липецке, хотя до этого был в Брянске, ничего внятного пояснить не мог. К. перестал выходить на связь и связался с родственниками, когда уже был в зоне проведения специальной военной операции.
В ходе личных переписок и разговоров с братом К. сообщил, что отозвал выданную Ш. доверенность на распоряжение средствами и оформил завещание на брата, ищет возможность расторгнуть брак. Все полученные деньги (первоначальные выплаты, денежное довольствие) себе забирала Ш., на необходимые вещи К. деньги давали сослуживцы. Никакой свадьбы, совместного быта, проживания, брачных отношений у него с Ш. не было. Он также сообщил брату, что в апреле обратился за юридической помощью к юристу, который должен помочь расторгнуть брак. Этому юристу известны имена сослуживцев, которые в курсе подробностей относительно брака с Ш.
В заявлении отмечалось: данные обстоятельства дают основания полагать, что брак является фиктивным, а именно с целью получения Ш. выплат, положенных родственникам участника СВО. Они отметили, что согласно п. 1 ст. 28 СК РФ требовать признания брака недействительным вправе супруг, права которого нарушены заключением брака, а также прокурор, если брак заключен при отсутствии добровольного согласия одного из супругов на его заключение: в результате принуждения, обмана, заблуждения или невозможности в силу своего состояния в момент госрегистрации заключения брака понимать значение своих действий и руководить ими.
«В связи с тем что действующим законодательством требовать признания брака недействительным вправе только супруг либо прокурор, то мы вынуждены обращаться в органы прокуратуры. По данной категории уже имеется судебная практика, где по исковым заявлениям, поданным органами прокуратуры, брак был признан недействительным и заключенным именно с целью получения выплат, положенных семьям участников СВО. Например, решение Канашского районного суда Чувашской Республики от 14 октября 2024 г. (дело № 2-958/2024)», – указывалось в заявлении. Таким образом, родственники К. просили генпрокурора провести проверку и по результатам проверки обратиться в суд с исковым заявлением о признании брака недействительным.
В ответе на заявление и.о. прокурора Измалковского района Липецкой области указал, что совместного быта, брачных отношений у погибшего и Ш. не было, эмоциональной связи между супругами не возникло ввиду малой продолжительности семейной жизни. Кроме того, установлено, что после смерти К. супруга не пыталась связаться с родственниками погибшего. В связи с этим прокуратура направила исковое заявление о признании брака недействительным и применении последствий, связанных с заключением фиктивного брака, в суд.
19 января суд признал, что у Ш. при заключении брака с К. не было цели создать семью. При этом родственники К. лишены возможности получения извещений относительно статуса К. и в случае его гибели возможности захоронения. Юрист, допрошенный в качестве свидетеля, пояснил, что, по словам К., брак фиктивный, тот свою жену не знает, она является цыганкой. На связь Ш. не выходила, внесла К. в черный список. Сослуживец К. также рассказал, что тот занимался бракоразводным процессом. В итоге Ливенский районный суд удовлетворил требования прокуратуры.
В комментарии «АГ» представитель родственников К., адвокат Никита Фурса рассказал, что они довольны исходом дела и оценивают решение как справедливое. «Цыганке удалось получить первоначальные выплаты, выплачиваемые при заключении контракта. В настоящее время зарегистрировано обращение в правоохранительные органы, проводится проверка. Будем добиваться возбуждения уголовного дела и привлечения к ответственности лиц, причастных к этой ситуации», – указал адвокат.