По мнению одной из экспертов «АГ», позиция Конституционного Суда является единственно верной, поскольку необходимо устранить двусмысленность в рассматриваемом запросе в пользу потребителей. Другой заметил, что правоприменители традиционно ревностно относятся к попыткам мимикрии под государственные органы и использование таких слов, как, например, «судебный», «российский» и пр., периодически становится основанием для принятия соответствующих мер реагирования.
Конституционный Суд вынес Определение
№ 4-О по жалобе на неконституционность подп. 2 и 5 п. 4 ст. 1473 «Фирменное наименование» ГК РФ, согласно которым в фирменное наименование юрлица не могут включаться: полные или сокращенные официальные наименования федеральных и региональных органов госвласти, органов местного самоуправления, а также обозначения, противоречащие общественным интересам, принципам гуманности и морали.
В 2009 г. ООО Воронежский центр судебных технических экспертиз и оценки «АВТОЭКС» было зарегистрировано в качестве юрлица. В 2022 г. межрайонная инспекция ФНС России № 12 по Воронежской области потребовала от общества устранить допущенные при регистрации нарушения п. 4 ст. 1473 ГК РФ в части наличия в его фирменном наименовании слова «судебных». В связи с неисполнением ООО такого требования налоговый орган обратился в суд с соответствующим иском, который удовлетворил его. Такое судебное решение было поддержано апелляцией и Судом по интеллектуальным правам. Впоследствии Верховный Суд отказался рассматривать кассационную жалобу заявителя.
В своей жалобе в Конституционный Суд Воронежский центр судебных технических экспертиз и оценки «АВТОЭКС» указал, что подп. 2 и 5 п. 4 ст. 1473 ГК РФ противоречат Конституции, принципу правовой определенности, нарушают право частной собственности, а также гарантии свободы экономической деятельности и охраны интеллектуальной собственности.
Изучив доводы жалобы, Конституционный Суд напомнил, что подп. 5 п. 4 ст. 1473 ГК РФ, которым установлен запрет включения в фирменное наименование юрлица обозначений, противоречащих общественным интересам, направлен на реализацию ряда положений российской Конституции во взаимосвязи со ст. 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности. В свою очередь, п. 4 ст. 1473 ГК РФ, закрепляющий отдельные требования к фирменному наименованию юрлица, защищает интересы участников гражданского оборота, включая потребителей, а п. 5 этой статьи гарантирует соблюдение правил о фирменных наименованиях юрлиц.
Читайте также
ВС разъяснил применение положений ГК в области интеллектуальной собственности
Постановление Пленума разъясняет подсудность интеллектуальных споров, определение размера компенсации нарушенных прав, допустимость использования скриншотов как доказательств и иные вопросы
23 апреля 2019
В свою очередь, п. 5 ст.1473 ГК РФ прямо предусмотрено последствие несоответствия фирменного наименования юрлица законодательству, а именно право органа, осуществляющего госрегистрацию юрлиц, предъявлять иски о понуждении к изменению фирменного наименования. При этом Пленум Верховного Суда в своем Постановлении от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса РФ» подчеркивает, что такой орган на основе вышеуказанной нормы вправе предъявить в суд лишь иск о понуждении к изменению фирменного наименования и только в том случае, если последнее не соответствует требованиям п. 3 или 4 этой статьи. Такой иск может быть предъявлен в суд, пока действует исключительное право на фирменное наименование.
КС также заметил, что судебная практика последовательно исходит из того, что противоречие фирменного наименования юрлица общественным интересам может выражаться в том, что использование в фирменном наименовании слова «государство» и производных от него слов способно ввести в заблуждение потребителей услуг об участии государства в деятельности данного юрлица либо об особой значимости его деятельности в государственных интересах. Кроме того, за счет использования слов, вызывающих у потребителя стойкую ассоциацию с участием государства, юрлицо получает необоснованные конкурентные преимущества. Сходный подход применяется в делах, связанных с использованием в фирменном наименовании юрлица, основным видом деятельности которого является экспертная деятельность, слова «судебный», сочетания слов «судебная экспертиза» и т.п. Такое фирменное наименование может ввести потребителей экспертных услуг в заблуждение относительно причастности юрлица к деятельности судебной системы РФ, его взаимосвязи с органами госвласти либо особой значимости деятельности данного юрлица для обеспечения государственных интересов. Таким образом, использование слова «судебный» в фирменном наименовании коммерческого юрлица может вызвать ассоциацию о причастности последнего к органам судебной власти.
Производство судебной экспертизы с учетом особенностей отдельных видов судопроизводства регулируется соответствующим процессуальным законодательством РФ. При этом, заметил КС, судебная экспертиза наряду с государственными судебными экспертами может проводиться иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями. В ОКВЭД предусмотрен такой вид экономической деятельности, как «71.20.2 Судебно-экспертная деятельность». Между тем привлечение судом по ходатайству участников спора иных экспертов с целью проведения судебной экспертизы не придает таким экспертам и экспертным организациям статуса лиц, осуществляющих государственную судебно-экспертную деятельность. По этой же причине указание вышеупомянутого кода ОКВЭД в содержащейся в ЕГРЮЛ информации о видах деятельности юрлица также не легитимирует употребление слова «судебный» в фирменном наименовании этой организации.
«Фирменное наименование в большинстве случаев воспринимается без дополнительных данных о юридическом лице. Если оно содержит информацию, нацеленную на создание представления о характере деятельности организации, фирменное наименование не должно вызывать впечатление у потенциальных потребителей услуг о связи данной организации с органами государственной власти в отсутствие таковой, поскольку это вводило бы потребителей в заблуждение и предоставляло бы организации необоснованные конкурентные преимущества по отношению к иным участникам соответствующего рынка услуг», – отмечено в определении.
В нем также указано, что использование слова «судебный» в фирменном наименовании негосударственной экспертной организации может привести к упомянутым последствиям. Понуждение юрлица к изменению фирменного наименования не ограничивает его свободу экономической деятельности при осуществлении судебно-экспертной деятельности под фирменным наименованием, отвечающим требованиям закона. Согласно правоприменительной практике факт госрегистрации юрлица, фирменное наименование которого не отвечает предусмотренным законом требованиям, не лишает регистрирующий орган права на исправление ошибки и обращение в арбитражный суд с иском о понуждении юрлица к изменению его фирменного наименования.
Таким образом, оспариваемые нормы в той мере, в какой на их основе в системе текущего правового регулирования решается вопрос о возможности использования юрлицом в своем фирменном наименовании слова «судебный», не являются неопределенными и не нарушают конституционных прав заявителя. Установление же и оценка фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения конкретного дела, а также проверка правильности применения судами норм права не относятся к компетенции Конституционного Суда.
Управляющий партнер Signature Legal Лидия Солодовникова отметила, что вся проблема заявителя жалобы в Конституционный Суд РФ сводится к нескольким элементам: компания была зарегистрирована и просуществовала 13 лет до момента направления требования ФНС с тем наименованием, которое в результате было оспорено; в понимании заявителя жалобы судебные экспертизы проводятся не только государственными организациями, но и частными; заявитель проводит не только судебные экспертизы по смыслу закона, но и любые экспертизы для представления в суд; любые отсылки к слову «судебный» могут приводить к неправильному пониманию существа деятельности компании.
«С одной стороны, в бытовом плане, действительно, то, что фирма осуществляет судебные экспертизы, не означает, что она относится каким-либо образом к отправлению правосудия. С другой стороны, если анализировать вопрос с этой точки зрения, организация никогда не осуществляет судебные экспертизы безусловно – для этого требуется назначение судом. При этом даже если сторона, ходатайствующая о проведении судебной экспертизы, будет просить назначить данную экспертную организацию в качестве эксперта – это не означает, что организация будет судебным экспертом. Здесь у потребителя услуг, на что и ссылается Конституционный Суд, будут возникать вопросы. К примеру, вся магия слова “судебный” исчезнет, когда суд назначит в качестве эксперта фирму, в наименовании которой отсутствует слово “судебный”. Полагаю, что, занимая сторону потребителей, необходимо устранить двусмысленность в некотором приоритете подобных компаний на рынке, поэтому позиция КС является единственно верной», – заключила Лидия Солодовникова.
Адвокат, руководитель дирекции юридической фирмы VEGAS LEX Кирилл Никитин назвал правовую позицию Конституционного Суда логичной и обоснованной, так как она в целом соответствует давно сложившейся практике применения института фирменного наименования. «В частности, одними из условий регистрации фирменного наименования являются его соответствие нормам действующего законодательства и непротиворечие общественным интересам. В свою очередь, не допускается включение в фирменное наименование обозначений, вызывающих ощущение причастности компании к судебным органам власти, тем самым вводящих потребителей в заблуждение. Правоприменители традиционно ревностно относятся к попыткам мимикрии под государственные органы, и использование таких слов, как, например, “судебный”, “российский” и пр., периодически становится основанием для принятия соответствующих мер реагирования», – отметил он.