В комментарии «АГ» депутат Сардана Авксентьева, внесшая законопроект в Думу, подчеркнула, что закрепление за аудиопротоколом судебного заседания юридической силы наравне с письменным протоколом позволит обеспечить полноту и объективность судебного следствия. Советник ФПА РФ Дмитрий Тараборин, участвовавший в подготовке законопроекта, считает, что аудиозапись, будучи объективным и беспристрастным источником информации, позволяет точно воспроизвести и установить содержание доказательств, полученных в судебном следствии. Другие адвокаты положительно оценили разработанный законопроект, отметив, что в случае его принятия у стороны защиты появятся дополнительные возможности для обоснования своих доводов относительно неисследования либо неполного исследования каких-либо доказательств, ущемления прав обвиняемого, неравноправия сторон в процессе и др.
26 февраля депутат Сардана Авксентьева внесла в Госдуму проект поправок в ст. 259 «Протокол судебного заседания» и ст. 260 «Замечания на протокол и аудиозапись судебного заседания» УПК РФ (законопроект № 850452-8).
Как отмечается в пояснительной записке, протокол судебного заседания, по сути, выступает единственным источником сведений о ходе судебного следствия, включая показания, данные допрашиваемыми лицами непосредственно суду. Вследствие этого его доказательственное значение невозможно переоценить. Приговор, а также последующие апелляционные и кассационные постановления (определения) в значительной степени основываются именно на результатах судебного следствия, зафиксированных в протоколе судебного заседания.
Действующим уголовно-процессуальным законом предусмотрено ведение протокола в письменной форме. Аудиозапись судебного заседания не имеет конкретного правового статуса и не названа равнозначной, неотъемлемой частью протокола судебного заседания. Законопроект предполагает придание результатам аудиопротоколирования правового статуса неотъемлемой и равноценной части протокола судебного заседания, что, как полагают авторы поправок, позволит минимизировать риски искажения результатов судебного следствия и, безусловно, повысит качество правосудия в уголовных делах.
При этом предлагается распространить требование об обязательном аудиопротоколировании на судебные заседания, проводимые в закрытом режиме. Законопроектом предусмотрено, что при рассмотрении уголовного дела в закрытом судебном заседании в случаях, предусмотренных ст. 241 УПК, использование средств аудиозаписи осуществляется исключительно секретарем судебного заседания. Аудиоэлектронная часть протокола закрытого судебного заседания хранится при уголовном деле, ознакомление с ней участников уголовного судопроизводства осуществляется непосредственно в здании суда, без возможности копирования. «Такой подход выглядит справедливым, учитывая, что действующее законодательство не устанавливает ограничений на ознакомление и копирование протокола закрытого судебного заседания», – подчеркивается в пояснительной записке.
В документе также обращено внимание на то, что существующий механизм подачи и удостоверения замечаний на протокол судебного заседания неэффективен и не обеспечивает должной прозрачности процесса принятия судом соответствующего решения. «В совокупности приведенные выше обстоятельства позволяют судам произвольно отклонять замечания на протокол судебного заседания даже в тех случаях, когда имеют место явные искажения результатов судебного следствия, которые объективно подтверждаются аудиозаписью судебного заседания. Такие искажения могут касаться как нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных участниками судебного разбирательства, так и содержания показаний лиц, допрошенных по делу, либо иных доказательств, исследованных в ходе судебного следствия. При этом суды аргументируют отказ в удостоверении замечаний отсутствием в уголовно-процессуальном законе требования о дословном соответствии протокола судебного заседания его аудиозаписи», – указано в пояснительной записке.
Законопроектом предусматривается, что замечания на письменную часть протокола рассматриваются председательствующим в судебном заседании с участием сторон путем сопоставления ее содержания с содержанием аудиоэлектронной части в течение 10 суток со дня их подачи. При этом предлагается зафиксировать, что суд не вправе отказать в удостоверении замечаний на письменную часть протокола, если таковые направлены на дословное воспроизведение показаний участников уголовного судопроизводства, отраженных в его аудиоэлектронной части.
Разработчики законопроекта убеждены, что предлагаемые изменения нацелены на актуализацию технических средств фиксации доказательств, полученных в ходе судебного следствия, а также на введение в уголовно-процессуальный закон эффективных процессуальных инструментов, позволяющих участникам уголовного судопроизводства устранять нарушения, допущенные при составлении протокола судебного заседания.
В комментарии «АГ» депутат Сардана Авксентьева поделилась, что ситуация с письменной формой протокола судебного заседания в уголовном процессе напоминает крылатое выражение «Казнить нельзя помиловать». По ее мнению, письменный протокол субъективен, так как составляется людьми, которые могут что-то не так услышать или понять. «Это серьезный вопрос, ведь одна-единственная запятая может в корне изменить смысл. Чтобы исключить подобные риски и защитить права граждан, необходимо задействовать технологии, которые уже плотно вплетены в нашу жизнь. Закрепление за аудиопротоколом судебного заседания юридической силы наравне с письменным протоколом позволит обеспечить полноту и объективность судебного следствия», – рассказала она.
Советник Федеральной палаты адвокатов РФ, вице-президент Палаты адвокатов Самарской области Дмитрий Тараборин, участвовавший в подготовке законопроекта, отметил, что до настоящего времени правовой статус аудиозаписи судебного заседания уголовно-процессуальным законом до конца не определен. Из буквального толкования УПК следует, что доказательством является именно бумажный протокол судебного заседания, составленный секретарем, в то время как аудиозапись является лишь неким приложением к нему. Вместе с тем, по мнению адвоката, очевидно, что бумажный протокол отражает субъективное восприятие хода судебного заседания и при желании легко может быть искажен выгодным суду образом, что регулярно и происходит на практике.
«При этом замечания на протокол рассматриваются судьей единолично и зачастую отклоняются со ссылкой на то, что протокол не является стенограммой и не должен дословно воспроизводить ход судебного заседания. То что при этом в нем отсутствуют либо откровенно искажены сведения, имеющие решающие значение, суд не учитывает. В итоге стороне защиты приходится ходатайствовать о прослушивании аудиозаписи уже в суде апелляционной инстанции, и не всегда такие ходатайства удовлетворяются», – указал Дмитрий Тараборин.
Он считает, что предлагаемая законопроектом концепция направлена на четкое закрепление за аудиозаписью судебного заседания статуса неотъемлемой и равноценной части протокола, поскольку именно аудиозапись, будучи объективным и беспристрастным источником информации, позволяет точно воспроизвести и установить содержание доказательств, полученных в судебном следствии. Также предлагается изменить порядок рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания, существенно сократив возможности для произвольного усмотрения судьи, добавил советник ФПА.
Адвокат АП Республики Башкортостан Николай Герасимов полагает, что предложенный законопроект является более чем разумным и необходимым. Он отметил, что на практике нередко письменный протокол судебного заседания, изготовленный в ходе рассмотрения уголовного дела в суде, существенно отличается от того, что в действительности имело место. Например, это может касаться определенных небольших, но важных деталей в показаниях свидетелей, вопросов, которые им задавали, и ответов на них, доводов и ходатайств, которые заявляли стороны, результатов исследования письменных и вещественных доказательств и т.п.
Как подчеркнул адвокат, зачастую такая ситуация складывается в связи с тем, что секретарь заседания физически не в состоянии дословно записать все, что происходит в ходе судебного разбирательства. По словам Николая Герасимова, именно для разрешения этой проблемы в свое время в качестве механизма дополнительной фиксации хода разбирательства было введено аудиопротоколирование, которое существенно повысило точность излагаемых в протоколе сведений и предоставило стороне защиты дополнительные возможности для подачи замечаний на протокол. Однако проблема кардинально решена не была, так как суды в случае подачи замечаний и ссылки стороны на аудиопротокол указывали, что в протоколе все основные моменты указаны верно, а дословного воспроизведения уголовно-процессуальный закон не требует.
Николай Герасимов считает, что в случае принятия предложенного законопроекта у стороны защиты появятся дополнительные возможности для обоснования своих доводов относительно неисследования либо неполного исследования каких-либо доказательств, ущемления прав обвиняемого и его защитника, неравноправия сторон в процессе, неверной фиксации показаний свидетелей и потерпевших и т.п. «Таким образом, данный законопроект при его должном применении судами позволит обеспечить повышенный уровень объективности, беспристрастности, гласности и непосредственности судебного разбирательства, а также предоставит возможность сторонам эффективнее реализовывать права, установленные уголовно-процессуальным законом», – убежден он.
Адвокат МКА «Корпорация адвокатов Москвы» Тимур Харди согласен с предложенной инициативой. По его мнению, поправки прежде всего позволят свести к минимуму существующие риски искажения результатов судебных заседаний, а аудиопротоколирование станет основным аргументом сторон в случае возникновения спорных ситуаций. Также с его помощью можно будет проверить наличие или отсутствие фактов нарушения законности в ходе судебных заседаний.
Тимур Харди полагает, что благодаря аудиопротоколированию будет повышаться качество правосудия в уголовном процессе. Однако он подчеркнул, что необходимо в обязательном порядке распространить требование об аудиопротоколировании на судебные заседания, проводимые в закрытом режиме. Такая мера позволит исключить риски злоупотреблений, искажений закона. В то же время необходимо жестко контролировать вопрос с копированием результатов аудиопротоколирования судебных заседаний, проводимых в закрытом режиме. Это связано с тем, что определенная часть сведений не могут оглашаться в открытом порядке, а значит, должны быть созданы условия, предполагающие защиту полученной в результате судебного заседания информации. «В целом поправки можно оценить положительно, как направленные на дальнейшее совершенствование судебного процесса в РФ, повышение его качества, а также защищенности прав и законных интересов сторон, участвующих в судебных заседаниях», – резюмировал адвокат.
Адвокат КА «Галоганов и партнеры» Юрий Катейкин считает, что необходимость внесения изменений в ст. 259 и 260 УПК назрела уже давно. Он подчеркнул: практика показывает, что в последнее время судебные органы всех инстанций часто проявляют формализм в отношении замечаний, которые вносят профессиональные участники процесса на протоколы судебных заседаний. Даже в случае очевидных нарушений или отсутствия в протоколе информации, имеющей доказательственное значение, они отказываются удостоверять правильность внесенных изменений. Не проводится сравнительный анализ информации, содержащейся на технических и бумажных носителях, а ходатайства об удовлетворении соответствующих требований часто остаются без удовлетворения, констатировал адвокат.
Как заметил Юрий Катейкин, аудиозапись сейчас не является заменой письменному протоколу судебного заседания, как, в принципе, это указано в ч. 1 ст. 259 УПК, но предложенные изменения могут существенно изменить ситуацию и минимизировать нарушения на стадии судебного рассмотрения дела. Они усилят значение принципов всесторонности, состязательности и полноты при вынесении итогового решения. «Законопроект изменений в ч. 1 ст. 259 УПК предполагает, что аудиопротоколирование будет осуществляться даже в ходе закрытых судебных заседаний. Нынешний закон этого не предусматривает. Таким образом, появится дополнительная гарантия защиты прав участников процесса: подсудимых, потерпевших и других лиц, чьи права могут быть нарушены при вынесении итогового решения. Аудиозапись закрытого заседания может иметь важное доказательственное значение при установлении объективно значимых обстоятельств. Кроме того, нововведения усилят процессуальное значение замечаний на протоколы судебных заседаний», – прокомментировал эксперт.