В комментарии «АГ» представитель гаражно-строительного кооператива отметил, что Судебная коллегия ВС исправила существенные нарушения норм права, допущенные нижестоящими инстанциями, о которых было неоднократно заявлено в ходе рассмотрения дела. Эксперты «АГ» поддержали вывод ВС о том, что право собственности на гараж возникает только с момента полной уплаты паевого взноса, а нижестоящие суды подменили предмет доказывания, не учли преюдицию и решения общих собраний пайщиков кооператива.
Верховный Суд опубликовал Определение от 25 августа по делу № 46-КГ26-3-К6, в котором подчеркнул, что факт длительного пользования гаражом не заменяет полной уплаты паевого взноса при разрешении спора о признании права собственности на гараж за членом гаражного кооператива при переуступке прав на паенакопления.
Суды признали право собственности за членом ГСК
Постановлением администрации г. Самары от 13 мая 1994 г. гаражно-строительному кооперативу в собственность предоставлен земельный участок и выдано разрешение на строительство на нем многоэтажного гаража с подземными кладовыми. 2 октября 1995 г. между ТОО «Пилигримм» и пайщиком кооператива Л. был заключен договор, согласно которому подрядчик принял на себя обязательства по возведению гаража-стоянки. По указанному договору пайщик уплатил подрядчику 17 млн руб., что подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам. В 1998 г. Л. уступил Ш. свое право на паевые накопления в ГСК в виде гаража за 23 млн руб. (данное обстоятельство оформлено договором купли-продажи), а впоследствии была оформлена переуступка от Ш. к Игорю Полякову за 200 тыс. руб.
В 2024 г. Игорь Поляков обратился в суд с иском к ГСК и администрации Самары, в котором просил признать за ним право собственности на гаражный бокс. Он указал, что является членом ГСК, более 15 лет использует гараж в данном кооперативе, однако не может оформить на него право собственности, поскольку, несмотря на то что здание ГСК фактически построено и поставлено на кадастровый учет, оно не введено в эксплуатацию и потому является объектом незавершенного строительства.
В возражениях ГСК указал, что истец не уплатил паевой взнос в полном объеме. В подтверждение доводов ответчик представил вступившее в законную силу решение Промышленного районного суда г. Самары от 17 июня 2024 г., которым установлено наличие задолженности у Игоря Полякова по паевым взносам.
Решением Промышленного районного суда от 30 января 2025 г. исковые требования были удовлетворены. Оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что Игорь Поляков владеет гаражом, несет бремя его содержания, паевой взнос за гараж внесен в полном объеме Л. Гараж расположен в границах предоставленного для этих целей земельного участка, соответствует строительным нормам и правилам, жизни и здоровью граждан не угрожает. Каких-либо письменных претензий ни к Л., ни к последующим пайщикам, в том числе истцу, по поводу неуплаты паевого взноса со стороны ГСК не предъявлялось, вопрос об исключении из членов кооператива за неуплату паевого взноса не ставился.
С такими выводами согласился суд апелляционной инстанции, дополнительно указав: из установленных решением Промышленного районного суда г. Самары от 17 июня 2024 г. обстоятельств не следует, что истец выставленную ему задолженность квалифицирует как задолженность по уплате паевого взноса, а суд констатировал лишь тот факт, что наличие задолженности подтверждается протоколами собраний пайщиков ГСК, которые в установленном законом порядке не оспорены. При этом суд не давал юридической квалификации структуре задолженности истца применительно ко всем значимым по делу обстоятельствам, используя лишь те формулировки, которые зафиксированы в указанных протоколах. Кассационный суд оставил указанные судебные акты без изменений.
ВС указал, какие обстоятельства не были учтены судами
ГСК обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд, в которой просил отменить состоявшиеся по делу судебные постановления как незаконные. Рассмотрев дело, ВС отметил, что истец просил признать право собственности на гараж как объект недвижимости, ссылаясь на ст. 218 ГК РФ, согласно п. 4 которой член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.
Суд пояснил, что в силу п. 2 ст. 8.1 ГК права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом. Со ссылкой на п. 11 Постановления Пленумов ВС и ВАС № 10/22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» ВС указал, что иной момент возникновения права установлен, в частности, для приобретения права собственности на недвижимое имущество в случае полной уплаты пая членом потребительского кооператива, в порядке наследования и реорганизации юридического лица.
Читайте также: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-opublikoval-vtoroy-obzor-za-2020-god/
Как подчеркнул Суд, при разрешении спора о признании права собственности на гараж за членом гаражного кооператива юридически важным обстоятельством является факт полного внесения членом кооператива своего паевого взноса, поскольку именно с моментом внесения паевого взноса законодатель связывает возникновение у такого лица права собственности на указанное имущество. Данная позиция изложена в Обзоре судебной практики ВС РФ № 2 (2020), утвержденном Президиумом ВС 22 июля 2020 г.
ВС отметил, что, как усматривается из материалов дела, согласно дополнению к договору, заключенному между Ш. и Игорем Поляковым, последний поставлен в известность о том, что пай переоформлен в не завершенном строительством гараже, и обязуется нести необходимые затраты на его завершение и оформление, является правопреемником по переуступаемому договору долевого строительства. Истец был ознакомлен с уставом ГСК, обязался исполнять его требования.
В определении поясняется, что в соответствии с имеющимися в материалах дела протоколами общих собраний пайщиков ГСК от 28 апреля 2005 г. и 28 апреля 2016 г. большинством голосов приняты предложения по увеличению паевых взносов на 20 тыс. руб. и на 60 тыс. руб. соответственно. Кроме того, ВС принял во внимание: вступившим в законную силу решением суда от 17 июня 2024 г. установлено, что у Игоря Полякова имеется задолженность по паевым взносам, начисленным ГСК в соответствии с принятыми членами кооператива решениями на общих собраниях пайщиков; данные решения истцом не оспорены.
При этом Суд указал, что квитанции об уплате паевого взноса Л. свидетельствуют лишь об исполнении конкретным пайщиком обязанности по уплате паевого взноса, но никак не об окончании строительства ГСК и исполнении возложенных на Игоря Полякова обязательств. Таким образом, Верховный Суд пришел к выводу, что судами трех инстанций допущены существенные нарушения норм права, а потому отменил обжалуемые судебные акты, направив дело на новое рассмотрение.
Комментарий представителя заявителя
Представитель ГСК, юрист Егор Смолев в комментарии «АГ» отметил, что Судебная коллегия ВС исправила существенные нарушения норм права, допущенные нижестоящими инстанциями, о которых было неоднократно заявлено в ходе рассмотрения дела.
Он отметил, что ВС учел доводы кассационной жалобы о незыблемости принципа преюдиции и об основаниях для возникновения права собственности на недвижимое имущество членов гаражно-строительных кооперативов: уплата паевого взноса в полном объеме. По словам юриста, решение первой инстанции, которым были удовлетворены требования о признании права собственности, противоречило вступившему в силу решения суда по другому делу между теми же сторонами, согласно которому было установлено наличие у истца задолженности по паевым взносам. «ВС же после детального изучения дела данные нарушения устранил. На мой взгляд, изложенный в определении подход будет способствовать не только единообразию в применении норм материального и процессуального права, но и процессуальной экономии. Кроме того, хотелось бы отдельно отметить позицию Суда относительно признания права собственности: недостаточно иметь право, необходимо еще и нести сопутствующие обязательства, в том числе и уплату паевых взносов», – прокомментировал Егор Смолев.
Эксперты «АГ» проанализировали выводы ВС
Адвокат КА г. Москвы «Шериев и партнеры» Абильфез Исаев отметил, что ВС был вынужден в очередной раз напомнить нижестоящим судам буквальное содержание п. 4 ст. 218 ГК: право собственности у члена гаражного кооператива на предоставленный ему бокс возникает не в силу длительного фактического владения, не в силу несения бремени содержания имущества и не в силу соответствия постройки строительным нормам, а исключительно с момента полного внесения паевого взноса. Именно это обстоятельство и является юридически значимым. Как полагает эксперт, по сути, речь идет об элементарной ошибке юридического анализа: суды трех инстанций подменили предмет доказывания, исследовав второстепенные обстоятельства и оставив без оценки единственное определяющее.
Абильфез Исаев обратил внимание, что проблема, затронутая ВС, более чем актуальна и актуальность эта носит массовый характер. Не завершенные строительством гаражные комплексы 1990-х гг., цепочки уступок «прав на паенакопления», оформленных договорами купли-продажи гаража, отсутствие разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, паи, номинированные в неденоминированных рублях, и последующие решения общих собраний об увеличении размера паевого взноса на завершение строительства – типичная фабула для десятков регионов, и Самарская область здесь не исключение. «В условиях продолжающейся “гаражной амнистии” число подобных споров объективно растет, а иск о признании права собственности зачастую используется как универсальный обходной механизм: вместо оспаривания решений общих собраний и исполнения обязанности по доплате пая пайщик просит суд легализовать владение, а кооператив в результате лишается источника финансирования достройки объекта за счет остальных, добросовестно доплативших членов. Именно баланс интересов внутри кооператива – между отдельным пайщиком и гражданско-правовым сообществом пайщиков – и был нарушен отмененными судебными актами», – подчеркнул эксперт.
Абильфез Исаев безоговорочно согласен с выводами Судебной коллегии в процессуальной части. Он отметил, что ответчик представил не просто возражения, а вступившее в законную силу решение суда, которым установлено наличие у истца задолженности именно по паевым взносам, начисленным на основании решений общих собраний, не оспоренных истцом. Эксперт пояснил: такое решение обладает свойством преюдиции в силу ч. 2 ст. 61 ГПК, и суд не вправе ни переоценивать установленные им обстоятельства, ни – что фактически сделала апелляция – «дезавуировать» их рассуждением о том, что суд не давал юридической квалификации структуре задолженности и использовал лишь формулировки протоколов. «Это классический пример подмены оценки доказательств их обходом: если у пайщика имеется непогашенная задолженность по паю, вывод о полной выплате пая логически невозможен, а решения общих собраний, не признанные недействительными, обязательны для всех членов кооператива в силу п. 1 ст. 181.3 ГК. Не менее верно и замечание Верховного Суда о доказательственном значении квитанций 1995 г.: платежи первоначального пайщика подрядчику подтверждают исполнение обязательств конкретным лицом на конкретном этапе, но никак не завершение строительства ГСК и не исполнение обязательств, принятых на себя истцом при переуступке пая», – подчеркнул адвокат.
Член АП Московской области Наталья Кузьмина отметила, что ситуация, при которой гражданам приходится в судебном порядке признавать право собственности на гаражный бокс, расположенный в гаражном кооперативе, является распространенной. По словам эксперта, на практике нередки случаи, когда гражданами приобретены гаражи в ГСК по договорам переуступки прав на паенакопления без выяснения финансового состояния кооператива, без установления факта полной уплаты паевого взноса предыдущим членом ГСК и его долгов. «Эти вопросы имеют значение, поскольку на основании п. 4 ст. 218 ГК приобретение права собственности на имущество членом гаражного кооператива возможно только в случае полного внесения членом ГСК паевого взноса за гараж. В случае приобретения гаража по договору переуступки прав к покупателю – правопреемнику члена ГСК по договору переходит не только право на паенакопления, но и обязанность по внесению паевого и иных взносов, установленных ГСК», – пояснила она.
Наталья Кузьмина считает, что позиция Верховного Суда, с одной стороны, направлена на четкое следование требованиям законодательства при разрешении споров о признании права собственности на имущество члена кооператива, с другой стороны, напоминает о необходимости полной финансовой и юридической проверки правомочий и обязательств члена кооператива при покупке имущества по схеме переуступки права.
Директор компании «Мой семейный юрист» Леонид Титов обратил внимание, что в гражданском законодательстве содержится четкий перечень оснований для возникновения права собственности. «Суды должны были установить, в какой момент паевой взнос должен был быть полностью выплачен. При этом, как верно указано в определении ВС, суды должны были разобраться в сущности платежей, по которым ранее уже было произведено взыскание со стороны кооператива, а также дать оценку решениям общих собраний пайщиков об увеличении паевых взносов и вступившему в законную силу решению суда, которым установлена задолженность истца. В связи с этим считаю, что ВС РФ пришел к правильному выводу в данном вопросе», – считает эксперт.