Один из экспертов «АГ» полагает, что в данном случае следовало не изменять судебный акт, исключая указание на реабилитацию лица, а отменить апелляционное определение в части прекращения уголовного преследования в связи с отсутствием состава преступления. Другой поддержал выводы, изложенные в определении, поскольку Суд справедливо установил, что имелись все правовые основания для прекращения уголовного дела на основании примечания, и обоснованно сослался на то, что апелляционный суд не учел разъяснения Постановления Пленума ВС.
15 января Верховный Суд вынес Определение суда кассационной инстанции по делу № 57- УДП25-10-К1, которым установил, что апелляционный суд необоснованно признал за лицом, освобожденным от уголовной ответственности на основании п. 1 Примечания к ст. 222.1 УК РФ, право на реабилитацию.
По приговору Прозоровского районного суда Белгородской области от 21 февраля 2025 г. Дмитрий Рябокобыленко был осужден за незаконное приобретение и хранение ручной осколочной гранаты со взрывателем, т.е. взрывного устройства. Суд приговорил его к одному году лишения свободы в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 20 тыс. руб.
В судебном заседании подсудимый, не отрицая факта находки 2 декабря 2024 г. гранаты со взрывателем, ее последующего перемещения к себе по месту жительства, указывал, что он решил сдать гранату в правоохранительные органы. С этой целью через четыре дня он направился к зданию ОМВД, где на улице встретил участкового, которому и выдал гранату. Он этого не сделал сразу, поскольку в указанные дни злоупотреблял спиртным.
Согласно показаниям в судебном заседании участкового, утром 6 декабря 2024 г. ему по телефону неизвестный сообщил о наличии у Дмитрия Рябокобыленко боевой гранаты. Составив рапорт, он отправился на поиски подсудимого. Выйдя из здания, встретил того на улице. На вопрос о наличии запрещенных предметов, в т. ч. взрывных устройств, Дмитрий Рябокобыленко ответил утвердительно и достал гранату со взрывателем. После чего было произведено безопасное изъятие и оформлены необходимые документы.
Суд отверг доводы Дмитрия Рябокобыленко о добровольной выдаче гранаты, исключающей возможность привлечения к ответственности, сославшись на показания участкового об извещенности о наличии у подсудимого боевой гранаты еще до встречи с ним, и процитировал положения Постановления
Пленума ВС РФ от 12 марта 2002 г. № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств», констатировал отсутствие признаков добровольности выдачи гранаты и, как следствие, отсутствие оснований для освобождения Дмитрия Рябокобыленко от ответственности, поскольку у правоохранительных органов уже имелась информация о нахождении у него боевой гранаты.
Читайте также
Пленум ВС скорректировал свое постановление по делам о незаконном обороте оружия
Согласно преамбуле документа поправки призваны актуализировать разъяснения Пленума в соответствии с действующим законодательством
11 июня 2019
Апелляционным определением Белгородского областного суда от 5 мая 2025 г. приговор был отменен, на основании п. 1 Примечания к ст. 222.1 УК Дмитрий Рябокобыленко был освобожден от уголовной ответственности, производство по делу прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Суд признал за ним право на реабилитацию и освободил из-под стражи.
Суд апелляционной инстанции указал, что в соответствии с п. 1 Примечания к ст. 222.1 УК лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в настоящей статье, в т. ч. и взрывное устройство, освобождается от уголовной ответственности. Как отметил апелляционный суд, доводы осужденного о том, что он направился в правоохранительные органы с намерением сдать гранату, не опровергнуты. Для него было неочевидным поступление в правоохранительные органы соответствующей информации, т.е. он самостоятельно предпринял активные действия для сдачи взрывного устройства. В момент передачи взрывного устройства сотруднику полиции Дмитрий Рябокобыленко не был задержан по подозрению в совершении преступления, в отношении него не проводились оперативно-разыскные мероприятия или следственные действия. При этом до указанного момента он не был лишен возможности распорядиться найденным и хранящимся взрывным устройством иным способом. Суд кассационный инстанции оставил апелляционное определение без изменения.
Заместитель Генерального прокурора РФ Игорь Ткачёв подал кассационное представление в Верховный Суд, в котором просил отменить апелляционное и кассационное определения по делу в связи с допущенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона. Он указал, что установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, что действия Дмитрия Рябокобыленко по выдаче гранаты носили вынужденный характер; показания, данные им в ходе предварительного следствия, об обстоятельствах выдачи гранаты в судебном заседании не оглашались, причина их изменения в судебном заседании не выяснялась.
В представлении отмечено, что Дмитрий Рябокобыленко имел возможность незамедлительно сообщить о найденной гранате непосредственно после ее обнаружения, но не предпринял должных мер к ее сдаче, в течение почти четырех дней хранил гранату при себе и выдал только после того, как его остановил проводивший розыск сотрудник полиции. По мнению прокуратуры, суд апелляционной инстанции, освободивший Дмитрия Рябокобыленко от уголовной ответственности на основании п. 1 Примечания к ст. 222.1 УК и прекративший производство по уголовному делу за отсутствием в его действиях состава преступления, необоснованно признал за ним право на реабилитацию, а суд кассационной инстанции эту ошибку не исправил.
Рассмотрев дело, Судебная коллегия по уголовным делам ВС указала, что суд апелляционной инстанции обоснованно признал в действиях Дмитрия Рябокобыленко добровольную выдачу гранаты и освободил от уголовной ответственности. Эти выводы основаны на исследованных судом первой инстанции доказательствах, в связи с чем доводы кассационного представления в данной части являются несостоятельными. «Доводы кассационного представления об ином, нежели в судебном заседании, содержании показаний Рябокобыленко в ходе предварительного расследования не могут быть предметом проверки и оценки, поскольку его показания на этапе расследования по делу не оглашались, соответствующих ходатайств в суде не заявлялось, а суд в силу требований ст. 276 УПК не наделен полномочиями по собственной инициативе оглашать ранее данные показания подсудимых», – поясняется в определении.
Читайте также
Когда требование о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности может быть включено в реестр?
ВС указал, что течение срока для соответствующего обращения контролируемого банкротом лица не связано с моментом вынесения судом решения о привлечении этого КДЛ к субсидиарной ответственности
26 сентября 2025
Вместе с тем Судебная коллегия сочла, что апелляция, как правильно отмечено в кассационном представлении, необоснованно признала за Дмитрием Рябокобыленко право на реабилитацию. Согласно разъяснениям Пленума ВС, содержащимся в Постановлении № 19 от 27 июня 2013 г. (в ред. от 29 ноября 2016 г.) «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», освобождение лица от уголовной ответственности, в том числе в случаях, специально предусмотренных примечаниями к соответствующим статьям Особенной части УК, не означает отсутствие в деянии состава преступления, поэтому прекращение уголовного дела или уголовного преследования в таких случаях не влечет за собой реабилитацию лица, совершившего преступление.
Таким образом, Верховный Суд пришел к выводу, что уголовное дело прекращено судом апелляционной инстанции и Дмитрий Рябокобыленко освобожден от уголовной ответственности на основании Примечания к ст. 222.1 УК в связи с добровольной выдачей взрывного устройства, в связи с чем, с учетом вышеизложенных разъяснений, не имелось оснований для признания за ним права на реабилитацию. Суд кассационной инстанции, признавая законность апелляционного определения, данное нарушение уголовного закона не устранил. В связи с этим ВС изменил судебные акты апелляционной и кассационной инстанций, исключив указание о праве Дмитрия Рябокобыленко на реабилитацию.
Адвокат КА «Московский юридический центр» Дмитрий Клячков полагает, что данное определение ВС – правильное по существу, однако содержит противоречия. Он отметил, что суд апелляционной инстанции на основании примечания освободил лицо от уголовной ответственности и прекратил производство на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК. «Соответственно, прекращение в связи с отсутствием состава преступления закономерно и должно влечь реабилитацию. Однако, как обоснованно указал ВС, освобождение от уголовной ответственности по примечанию не означает отсутствие в деянии состава преступления», – указал эксперт.
Адвокат подчеркнул, что КС РФ в Определении от 23 октября 2014 г. № 2513-О разъяснил, что предусмотренное примечанием к ст. 222 УК предписание об освобождении от уголовной ответственности лица, совершившего незаконные приобретение, передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, является по сути специальным видом освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.
В свою очередь, суды, в том числе и ВС, при освобождении от уголовной ответственности по примечанию к ст. УК в резолютивной части обоснованно указывают о прекращении уголовного преследования или уголовного дела в отношении лица согласно примечанию к определенной статье Кодекса, но не ссылаются на положения п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК, поскольку это противоречит положениям закона о прекращении в связи с примечанием и влечет оправдательный характер принимаемого в таком случае судебного решения. «Представляется, что ВС в исследуемой ситуации следовало не изменять апелляционное определение, исключая указание на реабилитацию лица, а отменить апелляционное определение в части прекращения уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК, за отсутствием состава преступления, направив материалы дела на новое апелляционное рассмотрение», – полагает Дмитрия Клячков.
Адвокат КА г. Москвы «Шериев и партнеры» Абильфез Исаев поддерживает выводы, изложенные в определении. По его словам, Суд справедливо установил, что имелись все правовые основания для прекращения уголовного дела на основании п. 1 Примечания ст. 222.1 УК в связи с добровольностью выдачи гранаты: «Поскольку осужденный не был задержан и сообщил участковому уполномоченному полиции о наличии взрывного устройства инициативно и добровольно, то в этой части ВС верно отказал прокуратуре в отмене приговора».
Вместе с тем, добавил Абильфез Исаев, ВС обоснованно сослался на то, что апелляционный суд не учел п. 28 Постановления Пленума ВС № 19, констатирующего, что освобождение лиц от уголовной ответственности по специально предусмотренным примечаниям не влечет реабилитации, поскольку в действиях лиц состав преступления усматривается, однако лицо освобождается от уголовной ответственности при определенных обстоятельствах, установленных в этих примечаниях.