В комментарии «АГ» защитник обвиняемого отметила, что выводы ВС и кассационного суда общей юрисдикции по данному делу значимы для сложившейся судебной практики, поскольку районные и апелляционные суды удовлетворяют ходатайства следствия об избрании самой суровой меры пресечения коммерсантам, несмотря на прямой законодательный запрет.
Как стало известно «АГ», 15 января Второй кассационный суд общей юрисдикции отменил постановления судов первой и апелляционной инстанций об избрании в отношении предпринимателя меры пресечения в виде заключения под стражу.
10 февраля 2025 г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 «Присвоение или растрата» УК РФ, в отношении З. и других лиц. 19 февраля З. был задержан в порядке ст. 91–92 УПК, и в тот же день ему было предъявлено обвинение в совершении растраты при исполнении коммерческой организацией, директором которой он являлся, обязательств по государственным контрактам.
Постановлением Мещанского районного суда г. Москвы от 21 февраля 2025 г. в отношении З. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до 10 апреля 2025 г. Принимая такое решение, суд первой инстанции сослался на то, что данных, свидетельствующих о том, что инкриминируемое З. деяние содержит признаки, указанные в ст. 2 ГК, определяющие понятие предпринимательской деятельности, не имеется.
Защита обжаловала данное постановление как незаконное, ссылаясь на ч. 1.1 ст. 108 УПК, которой установлен запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных в том числе ст. 160 УК, если эти преступления совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности или управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией или в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.
2 апреля 2025 г. Московский городской суд оставил постановление суда первой инстанции без изменения. Он посчитал обоснованными выводы суда о том, что установленные ч. 1.1 ст. 108 УПК ограничения не относятся к З. Постановлением судьи Второго кассационного суда общей юрисдикции от 17 июня 2025 г. в передаче кассационной жалобы адвоката АБ МО «Камертон Консалтинг» Екатерины Ларчиковой в защиту З. для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции было отказано.
Тогда Екатерина Ларчикова в интересах З. подала кассационную жалобу в Верховный Суд, в которой оспорила состоявшиеся решения в отношении подзащитного, считая их незаконными, необоснованными и подлежащими отмене ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Она указала, что судами не проверена обоснованность подозрения в причастности З. к совершению инкриминируемого ему преступления, отмечая, что следствием не представлено суду доказательств, подтверждающих, что имело место невыполнение или некачественное выполнение обязательств по государственным контрактам либо нецелевое использование бюджетных средств.
Адвокат подчеркнула, что судом необоснованно не применены к З. положения ч. 1.1 ст. 108 УПК, мера пресечения избрана лицу, обвиняемому в совершении преступления, связанного с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской деятельности, в условиях прямого законодательного запрета. Защитник указала, что судами первой и апелляционной инстанций не приведены основания для вывода о том, что на З. положения ч. 1.1 ст. 108 УПК не распространяются, между тем все действия, вменяемые ему, были совершены в процессе осуществления предпринимательской деятельности компаний, а З. при подписании контрактов действовал в качестве единоличного исполнительного органа этих обществ. Екатерина Ларчикова также отмечала, что судом при избрании в отношении З. меры пресечения в виде заключения под стражу не в полной мере учтены данные о его личности, в том числе его положительная характеристика, многочисленные награды, наличие на иждивении троих малолетних детей.
Читайте также
Пленум ВС изменил разъяснения о практике применения судами законодательства о мерах пресечения
В частности, ВС напомнил условия заключения под стражу обвиняемых по предпринимательским составам преступлений
27 мая 2025
Изучив жалобу, ВС подчеркнул, что органами предварительного следствия З. обвиняется в хищении чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения, организованной группой, в особо крупного размере, являясь при этом лицом, осуществляющим полномочия на управление коммерческой организацией. Он разъяснил, что по смыслу закона преступления, предусмотренные ст. 159–159.6, 160 и 165 УК, следует считать совершенными в сфере предпринимательской деятельности, если они совершены лицом, участвующим в предпринимательской деятельности, осуществляемой юридическим лицом, и эти преступления непосредственно связаны с указанной деятельностью. К таким лицам относятся в том числе члены органов управления коммерческой организации в связи с осуществлением ими полномочий на управление организацией либо при осуществлении коммерческой организацией предпринимательской деятельности.
ВС указал, что согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», суду по каждому поступившему ходатайству следователя, дознавателя о применении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1–4 ст. 159 УК, являющегося ИП или членом органа управления коммерческой организации, следует проверять, приведены ли в постановлении о возбуждении ходатайства и содержатся ли в приложенных к постановлению материалах конкретные сведения, подтверждающие вывод о том, что инкриминируемое указанному лицу преступление совершено не в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо не в связи с осуществлением им полномочий на управление коммерческой организацией или не в связи с осуществлением этой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности. При отсутствии указанных сведений такое ходатайство удовлетворению не подлежит.
Читайте также
Проблемы применения ч. 1.1 ст. 108 УПК
ВС напомнил, когда суд не вправе удовлетворять ходатайство следствия о заключении лица под стражу
11 февраля 2026
ВС посчитал, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о нераспространении ч. 1.1 ст. 108 УПК на обвиняемого нельзя признать соответствующими требованиям мотивированности, поскольку они не опираются на какие-либо фактические обстоятельства, анализ которых позволил бы согласиться с ними. Между тем выяснение вопроса о том, в какой сфере деятельности совершено преступление, имеет существенное значение при принятии решения о применении в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу.
Таким образом, постановлением судьи Верховного Суда от 3 декабря 2025 г. по делу № 5-УД25-116-К2 (есть у «АГ») кассационная жалоба защитника З. была передана для рассмотрения в судебном заседании Второго КСОЮ. Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, кассационный суд пришел к выводу, что обжалуемые судебные решения не соответствуют требованиям ч. 4 ст. 7 УПК и по делу допущены нарушения требований закона. В своем кассационном постановлении он процитировал выводы из постановления Верховного Суда и удовлетворил кассационную жалобу Екатерины Ларчиковой, отменив обжалуемые судебные акты и прекратив производство по ходатайству следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении З.
Кассационный суд пояснил, что поскольку указанный в постановлении первой инстанции срок истек, а повторное рассмотрение материала о возможности применения меры пресечения в виде заключение под стражу возможно лишь на будущее время, а не на тот период, когда эта мера пресечения уже фактически исполнена, материал не подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции и производство по ходатайству следователя подлежит прекращению. Учитывая, что в настоящее время в отношении З. действует мера пресечения на основании иного судебного решения, суд не освободил его из-под стражи.
В комментарии «АГ» Екатерина Ларчикова отметила: Верховным Судом и Вторым КСОЮ учтен ключевой довод защиты о том, что в силу положений ч. 1.1 ст.108 УПК заключение под стражу руководителя коммерческой организации, обвиняемого в совершении преступления, связанного с осуществлением этой организацией коммерческой деятельности, незаконно. «Выводы вышестоящих судов значимы для сложившейся судебной практики, поскольку районные и апелляционные суды удовлетворяют ходатайства следствия об избрании самой суровой меры пресечения коммерсантам, несмотря на прямой законодательный запрет, ограничиваясь формальным указанием, что речь идет не о законной предпринимательской деятельности, признаки которой определены во ст. 2 ГК, тогда как названная норма УПК не содержит иных условий для применения помимо определения сферы совершения вменяемого деяния и субъекта, его совершившего», – подчеркнула адвокат.