КС проверит конституционность нормы ГК об ответственности информационных посредников

26 марта Конституционный Суд РФ рассмотрел дело о проверке конституционности п. 1 и 3 ст. 1253.1 ГК РФ, регулирующих ответственность информационных посредников за нарушение интеллектуальных прав.

Производитель и дистрибьютор настольных игр ООО «Мир Хобби» выявил факты размещения предложений о продаже контрафактных копий настольной игры на одном из маркетплейсов. Ввиду того что при их создании были использованы объекты интеллектуальной собственности (21 иллюстрация и дизайн коробки), права на которые принадлежат обществу на условиях исключительной лицензии, оно направило владельцу маркетплейса претензию с требованием прекратить данное нарушение. Поскольку в досудебном порядке урегулировать разногласия не удалось, общество обратилось в суд.

Арбитражные суды отказали обществу «Мир Хобби» во взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав более 9 млн руб. Суды исходили из того, что владелец маркетплейса товары не продает, а лишь создает условия для их продажи и покупки иными лицами, т.е. выступает в роли информационного посредника. При этом было установлено и выполнение условий для освобождения от ответственности за нарушения интеллектуальных прав третьих лиц. Как посчитали суды, ответчик не знал и не мог знать о том, что реализуемая через его сайт продукция нарушает такие права, а узнав, своевременно принял необходимые и достаточные меры для прекращения нарушения. Как указали суды, маркетплейс не обязан предварительно проверять контент, закон не требует предварительной модерации или проверки прав на размещаемую информацию.

Тогда общество «Мир Хобби» обратилось с жалобой в Конституционный Суд, в которой указало, что п. 1 и 3 ст. 1253.1 ГК РФ противоречат Конституции, поскольку на практике позволяют признавать владельцев маркетплейсов информационными посредниками вопреки активному участию таковых в реализации товаров, а также предусматривают крайне низкий стандарт доказывания того, что владелец маркетплейса выполнил условия освобождения от ответственности. Как полагает заявитель, владельцы маркетплейсов избегают гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности на этих маркетплейсах в подавляющем большинстве случаев, не только в деле заявителя.

В ходе заседания КС одна из представителей заявителя, доктор юридических наук Арина Ворожевич отметила, что маркетплейсы фактически совершают сделки от имени продавцов, получают доход с продаж, включая контрафактный товар, что противоречит статусу информационного посредника. В такой ситуации могут существенно пострадать не только частные интересы правообладателей, но и общественные интересы. У маркетплейсов есть прямой экономический интерес в реализации подобных товаров.

Арина Ворожевич подчеркнула, что при освобождении владельца маркетплейса, как информационного посредника, от ответственности суд исходит из крайне низкого стандарта доказывания того, что он не знал или не должен был знать о факте нарушения исключительных прав на своей площадке. По ее мнению, необходимо установить специальные условия ответственности для операторов маркетплейсов, учитывая специфику их деятельности и более строгие требования по сравнению с другими информационными посредниками. Также важно обязать владельцев маркетплейсов в течение нескольких дней блокировать карточки товаров при получении обоснованных письменных претензий правообладателей, запрашивать подтверждающие документы у продавцов и проявлять должную осмотрительность для пресечения аналогичных нарушений, подчеркнула Арина Ворожевич.

Адвокат МКА «Карпинская, Орешникова и Партнеры» Ксения Карпинская, также представляющая интересы заявителя, отметила, что маркетплейс разделяет товары на оригинал и контрафакт, значок «оригинал» появляется после подтверждения правообладателя. При этом оригинальный товар показывается в конце списка товаров, а сначала показывается контрафакт, что наносит убытки производителям. Также она подчеркнула, что срок в один месяц для блокировки карточек контрафактных товаров является неразумным, правообладатель может требовать блокировки в течение суток. В ситуации отсутствия регламентации такого срока действия маркетплейса должны оцениваться по принципу добросовестности, считает Ксения Карпинская.

Полномочный представитель Госдумы в КС Юрий Петров высказал позицию о том, что нет оснований считать ст. 1253.1 ГК неконституционной. Он отметил, что вопрос о квалификации маркетплейса, интернет-платформы, сайта, как информационного посредника или как лица, обладающего иным статусом, лежит за пределами регулирования нормы, конституционность которой просит проверить заявитель. Определение статуса такого лица зависит от модели его работы с продавцом и подлежит установлению судом в каждом конкретном случае.

Читайте также

Юрий Петров пояснил, что ВС РФ по результатам анализа практики рассмотрения судами споров в данной сфере правовых отношений даны соответствующие рекомендации по ряду вопросов, возникших при рассмотрении данной категории дел (Обзор судебной практики рассмотрения гражданских дел, связанных с нарушением авторских и смежных прав в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет») (утв. Президиумом ВС РФ 29 мая 2024 г.). В частности, Суд указал, что не относятся к информационным посредникам сервисы, которые сами совершают сделки по продаже товаров, материалов, содержащих результаты интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, рекламируют их или получают доход непосредственно от неправомерного использования результатов интеллектуальной деятельности.

Полномочный представитель Совета Федерации в КС Андрей Клишас подчеркнул, что сами по себе оспариваемые положения, устанавливающие особенности ответственности информационного посредника и не исключающие возможности привлечения к ответственности лица, непосредственно разместившего контрафактный товар, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя. Он отметил, что доводы заявителя в значительной мере сводятся к утверждению о недостаточности мер, принимаемых маркетплейсом для прекращения нарушения интеллектуальных прав. Однако действующее правовое регулирование не предусматривает исчерпывающий перечень таких мер, что обусловлено многообразием моделей функционирования интернет-сервисов. Оценка достаточности и своевременности принимаемых мер осуществляется судом общей юрисдикции с учетом конкретных обстоятельств дела и характера деятельности соответствующего лица. «Доводы заявителя по существу направлены на пересмотр выводов судов по конкретному делу и не свидетельствуют о наличии конституционно-правовой неопределенности оспариваемых положений», – резюмировал Андрей Клишас.

Читайте также

Полномочный представитель Президента РФ в КС Дмитрий Мезенцев отметил, что вопреки доводам заявителя само по себе определение маркетплейсами условий продажи товаров, оказание маркетинговых услуг продавцам и услуг по приему платежей не свидетельствуют о том, что маркетплейсы должны быть приравнены к продавцам товаров, а не признаваться информационными посредниками по смыслу оспариваемых норм. Он также сообщил, что с 1 октября 2026 г. вступает в силу Федеральный закон от 31 июля 2025 г. № 289 «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации», позволяющий правообладателям требовать прекращения размещения на платформе информации, нарушающей исключительное право на результат интеллектуальной деятельности.

Дмитрий Мезенцев подчеркнул значимость обеспечения баланса интересов правообладателей и маркетплейсов с целью исключения возложения на последних несоразмерных обязанностей и обязательств. По его словам, вопрос о добросовестности информационного посредника должен решаться судом в каждом конкретном случае с учетом всех возможных обстоятельств.

Врио полномочного представителя Правительства РФ в КС Павел Степанов обратил внимание, что основополагающим критерием в оценке действий маркетплейса является та функция, которую он выполняет в рассматриваемых правоотношениях. Оценка его действий будет зависеть от конкретных прав и обязанностей в отношении товаров, оборот которых осуществляется с использованием маркетплейса.

Как полагает Павел Степанов, когда маркетплейс принимает на себя полномочия продавца в полном объеме и непосредственно выполняет его функции либо выступает как правообладатель интеллектуальных прав, он не может рассматриваться как «информационный посредник» и подлежит ответственности за нарушение интеллектуальных прав. Вместе с тем само по себе определение маркетплейсом условий продажи товаров на платформах, оказание маркетинговых услуг и услуги по приему платежей не являются определяющими факторами для квалификации его как продавца, а не информационного посредника и подлежат оценке в совокупности с содержанием всех функций, реализуемых субъектом в правоотношениях. Таким образом, действия сторон в такой ситуации подлежат юридической квалификации исходя из содержания конкретного правоотношения, подчеркнул докладчик.

Полномочный представитель генерального прокурора Артур Завалунов выразил мнение о том, что с учетом доводов жалобы и исходя из целей нормативно-правовой охраны интеллектуальных прав, направленных в том числе на обеспечение справедливого баланса интересов правообладателей и третьих лиц, усматривается неопределенность в существующем правовом регулировании механизма защиты нарушенных интеллектуальных прав и ответственности за их нарушения, связанных с деятельностью маркетплейсов, торговых площадок, включая критерии отнесения к информационным посредникам, в степени, соответствующей целям правовой защиты исключительных прав и непротиворечивому, единообразному и устойчивому правоприменению в рассматриваемой сфере. Значение конституционно-правового осмысления затронутых в жалобе вопросов для сферы охраны и защиты интеллектуальной собственности также заключается в необходимости формирования соответствующих Конституции РФ подходов в условиях развития цифровых технологий и использования результатов интеллектуальной деятельности в цифровом пространстве.

От Минюста России в заседании КС выступила Алина Таманцева, которая подчеркнула, что факт того, является ли конкретное лицо информационным посредником, устанавливается судом с учетом характера осуществляемой таким лицом деятельности. Если лицо осуществляет деятельность, которая указана в ст. 1253.1 ГК, то оно признается информационным посредником в части осуществления данной деятельности. Если же лицо одновременно осуществляет различные виды деятельности, то вопрос об отнесении такого лица к информационному посреднику должен решаться применительно к каждому виду деятельности.

Алина Таманцева полагает, что информационный посредник при заключении договора с продавцом должен проявить разумность в отношении проверки своего контрагента на наличие у него права на реализацию соответствующих товаров. Например, через открытые реестры Федерального института промышленной собственности. Помощник министра юстиции подчеркнула, что определение лица в качестве информационного посредника не должно означать презумпцию его незнания о неправомерности использования его продавцом результатов интеллектуальной деятельности, а вопрос о добросовестности информационного посредника должен разрешаться судом с учетом конкретных обстоятельств дела. Она заключила, что оспариваемые нормы не могут рассматриваться как противоречащие Конституции.

В заседании также приняла участие член Совета Торгово-промышленной палаты РФ по интеллектуальной собственности Марина Бондаренко. Она пояснила, что привлечение информационного посредника к ответственности возможно лишь при условии установления его осведомленности о нарушении, которое может быть обусловлено только надлежащим и обоснованным обращением правообладателя. Если направленная претензия содержит необходимую информацию в соответствии с подп. 2 п. 3 ст. 1253.1 ГК, то правоприменительная практика признает фактическое прекращение доступа к спорному товару или контенту как достаточную меру. Отсутствие у владельца маркетплейса обязанности совершать иные действия, помимо прекращения нарушения, вытекает из самой конструкции ответственности информационного посредника, закрепленного в названной статье.

Как отметила Марина Бондаренко, законодатель сознательно ограничивает круг обязанностей посредника действиями, направленными на пресечение незаконного использования, не трансформируя его в активного участника защиты исключительных прав. Иное толкование означало бы подмену, разграничение ролей в гражданском обороте и возложение на инфраструктурного субъекта функций, несвойственных его правовому положению. Предусмотренный законодательством и сформировавшийся судебной практикой стандарт реагирования маркетплейсов на претензии правообладателей сформирован и в целом отвечает требованиям дня, а действующая норма соответствует Конституции, подчеркнула докладчик.

Член Комиссии по креативным индустриям Ассоциации юристов России, к.ю.н. Дмитрий Кожемякин подчеркнул, что указанная комиссия видит в поставленных заявителем вопросах системную проблему, которая касается не столько судебной практики, сколько конструкции самой нормы об информационном посредничестве, которая в настоящий момент закреплена в ГК. Он отметил, что концепция информационного посредничества родилась как способ защиты и баланса интересов для того, чтобы воспрепятствовать привлечению к ответственности лиц, не заинтересованных в нарушении, чей бизнес просто фактически бывает с ним связан.

Дмитрий Кожемякин выразил мнение о том, что конструкция нормы об информационном посредничестве в ГК не учитывает коммерческую заинтересованность маркетплейсов, что приводит к их уходу от ответственности. По мнению юриста, в случае признания маркетплейса информационным посредником закон должен предписать ему обязанность по раскрытию информации перед правообладателем, чтобы правообладатель располагал эффективными средствами защиты.

После основной части докладов Арина Ворожевич дополнительно отметила, что упомянутый Закон об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики предоставляет правообладателям возможность обращаться с заявлениями о прекращении нарушений, но не решает всех вопросов ответственности. Суды в большинстве случаев квалифицируют маркетплейсы как информационных посредников, при этом не анализируя конкретные обстоятельства.

Ксения Карпинская добавила, что «Мир Хобби» – это единственная российская компания, которая производит на рынке настольные игры, о чем хорошо известно маркетплейсам. «Вместо того чтобы поддерживать отечественного производителя, они продают китайские подделки. Мы никак не можем с этим спорить. Мы можем только написать заявление, и его когда-нибудь рассмотрят. За это время они продадут безумное количество китайских подделок», – указала она.

Выслушав позиции участников заседания, Конституционный Суд удалился для принятия решения, которое будет оглашено позднее.