ВС отказал заместителю генпрокурора в повороте судебного решения к худшему

Верховный Суд опубликовал Кассационное определение
по делу № 87-УДП25-6-К2, которым отказал в удовлетворении требования заместителя генпрокурора со ссылкой на истечение годичного срока, в течение которого возможно принятие решения, допускающего поворот судебного решения к худшему.

Гражданка С. была признана виновной и осуждена за халатность, выразившуюся в ненадлежащем исполнении ею как должностным лицом, вследствие недобросовестного отношения к службе, своих обязанностей по должности, повлекшую существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства. Она была приговорена по ч. 1 ст. 293 УК РФ к штрафу в размере 40 тыс. руб. и освобождена от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования и привлечения к уголовной ответственности.

Суд установил, что С., являясь начальником управления строительства и капитального ремонта администрации г. Костромы, зная об изменениях, внесенных в ст. 8 Закона о дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, согласно которым общее количество жилых помещений, предоставляемых детям-сиротам в одном многоквартирном доме, не может превышать 2594 от общего количества квартир, 22 августа 2018 г. заключила с обществом контракт на строительство многоквартирного дома, в котором все жилые помещения (10 094) предназначались детям-сиротам, со сроком исполнения контракта до декабря 2019 г. В последующем С. как представитель муниципального заказчика, в нарушение условий п. 4.1 муниципального контракта, не обеспечила эффективный контроль выполнения работ на объекте, в результате чего генеральным подрядчиком общества работы по строительству не проводились в течение пяти месяцев, что повлекло расторжение контракта 11 февраля 2019 г. на основании ч. 8 ст. 95 Закона о закупках, ч. 1 ст. 450 ГК РФ. Указанное ненадлежащее исполнение С. своих должностных обязанностей, как следует из приговора, повлекло в 2018 г. неосвоение денежных средств в размере более 21 млрд руб., возвращение их в полном объеме в бюджет области и непредоставление в 2018 г. жилья детям-сиротам, что существенно нарушило их права и законные интересы, а также охраняемые законом интересы общества и государства.

Вторая инстанция отменила обвинительный приговор в связи с отсутствием в действиях С. состава преступления и постановила оправдательный апелляционный приговор. Апелляция указала, что выводы первой инстанции о виновности С. не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, а признание исполнения своих обязанностей ненадлежащим, что привело к непредоставлению жилья указанной выше категории лиц и возвращению субвенций в областной бюджет, не подтверждается исследованными и приведенными в приговоре доказательствами. При этом, отменяя приговор, апелляция привела в оправдательном приговоре те же доказательства, однако пришла к выводу, что эти доказательства не свидетельствуют о наличии в действиях С. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ. Второй кассационный суд общей юрисдикции согласился с апелляцией.

Заместитель генерального прокурора подал в Верховный Суд кассационное представление, в котором указал: выводы апелляции о том, что у С. не имелось законодательно установленных препятствий к заключению контракта, поскольку изменения в закон вступали в силу только 1 января 2019 г., а следовательно, в ее действиях нет состава преступления, противоречат материалам уголовного дела, в частности самому договору и Приложению к нему, в котором отражен график производства работ. Отмечается, что Департамент строительства ЖКХ и ТЭК Костромской области уже через месяц после заключения контракта, т.е. 21 сентября 2018 г., обратил внимание администрации г. Костромы на сложившуюся ситуацию и рекомендовал рассмотреть вопрос о расторжении контракта, а на имеющиеся средства приобрести для детей-сирот 22 готовых жилых помещения, однако, игнорируя эту рекомендацию, С. продолжала бездействовать и никаких мер к расторжению невозможного к исполнению контракта и заключению нового, соответствующего всем требованиям закона, не приняла, несмотря на то что общество к строительству дома так и не приступило.

Оставляя кассационное представление без удовлетворения, ВС сослался на ст. 401.6 УПК РФ, согласно которой при пересмотре в кассационном порядке судебных решений допускается поворот к худшему, если не истек годичный срок со дня вступления их в законную силу. По смыслу закона указанный срок восстановлению не подлежит вне зависимости от причины его пропуска. Решение о повороте к худшему не может быть принято судом кассационной инстанции по истечении годичного срока, в том числе и в тех случаях, когда в порядке выборочной кассации постановление о передаче кассационной жалобы, представления на рассмотрение суда кассационной инстанции вынесено до его истечения.

ВС заметил, что апелляционный приговор Костромского областного суда постановлен и провозглашен 20 декабря 2024 г. Годичный срок, допускающий в соответствии со ст. 401.6 УПК пересмотр в кассационном порядке судебного решения, влекущий ухудшение положения С., истек 20 декабря 2025 г.

Читайте также

Как рассказал «АГ» защитник С., адвокат МКА «Логос» Олег Лисаев, муниципальный контракт с обществом был заключен 22 августа 2018 г., а изменения в Закон о дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, вступили в силу 1 января 2019 г. В связи с этим у управления строительства не было оснований, предусмотренных Законом о закупках, для расторжения контракта на строительство дома для детей-сирот в 2018 г., поскольку подрядчик был вправе проводить и закончить строительные работы вплоть до вступления в законную силу поправок, как и не было законных оснований указанный контракт не заключать. Обществом велись подготовительные работы на объекте, в том числе по разработке проектной документации, что подтверждается решением арбитражного суда, которым удовлетворены требования общества по оплате задолженности за выполненные работы в рамках муниципального контракта. «В адрес подрядчика направлялись претензии о взыскании неустойки, вместе с тем, поскольку заказчиком было принято решение о расторжении муниципального контракта, так как изменения в действующее законодательство вступили в законную силу и, соответственно, строительство дома привело бы к нецелевому использованию бюджетных средств, основания для предъявления иска в суд отсутствовали», – рассказал адвокат.

Член АП Свердловской области Сергей Колосовский обратил внимание, что Верховный Суд, как правило, крайне редко отказывает в удовлетворении кассационных представлений генерального прокурора. «Отчасти это обусловлено пресловутым обвинительным уклоном, отчасти тем, что прохождение представления сквозь фильтр выборочной кассации само по себе уже предполагает высокую степень его удовлетворения. Тем не менее чудеса, т.е. отказы в удовлетворении прокурорских представлений, случаются», – указал он.

Однако, как заметил эксперт, в данном случае Верховный Суд фактически вообще не рассмотрел доводы прокурора, а отказал по сугубо формальному основанию – в связи с истечением установленного ч. 1 ст. 401.6 УПК годичного срока, в течение которого допускается поворот приговора к худшему. «Данное основание является безусловным. Ранее Верховный Суд неоднократно отказывал таким образом в удовлетворении представлений генерального прокурора. Вместе с тем ранее, в отдельных случаях, отказывая в удовлетворении представления, Верховный Суд давал оценку поставленным вопросам, в том числе подтверждающую обоснованность представления, что могло служить ориентиром для правоприменительной практики», – посчитал адвокат.

Адвокат практики уголовного права и процесса «Инфралекс» Мартин Зарбабян отметил, что представления, поступившие из Генеральной прокуратуры в Верховный Суд, не так часто остаются без удовлетворения, о чем свидетельствуют как анализ судебной статистики, так и мониторинг практики. Вместе с тем такие ситуации встречаются в правоприменительной практике, поэтому рассматривать сам по себе случай отказа в удовлетворении кассационного представления необходимо в качестве редкого, но все же встречающегося явления.

Читайте также

Адвокат обратил внимание, что основанием для отказа в удовлетворении кассационного представления послужило истечение срока, допускающего поворот к худшему решению, что является большой редкостью, но все же в п. 6 Постановления
Пленума ВС от 25 июня 2019 г. № 19 «О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» и ранее ВС обращал внимание, что кассационное представление остается без удовлетворения в случае истечения предусмотренного срока, если даже постановление о передаче кассационного представления на рассмотрение суда кассационной инстанции было вынесено до его истечения.

«С профессиональной точки зрения примечательно, что в данном случае оправдательный приговор был постановлен судом апелляционной инстанции, что не так уж распространено на практике, но очевидно демонстрирует возможность эффективной проверки судебных решений в проверочной инстанции и, как следствие, возможность защиты лиц, подвергнутых уголовному преследованию», – указал Мартин Зарбабян.