Минюст России отменил ранее введенное им ограничение на выезд адвоката из РФ из-за гостайны

Как стало известно «АГ», 16 января Минюст России отменил ранее принятое им решение о временном ограничении права члена Адвокатской палаты Московской области Николая Максимова на выезд из РФ.

7 июля 2025 г. Николай Максимов получил уведомление за подписью замдиректора Департамента развития и регулирования юридической помощи и правовых услуг Минюста России, из которого следовало, что решением Минюста России от 24 июня 2025 г. ему ограничен выезд из РФ до 28 ноября 2029 г. по причине осведомленности в сведениях, составляющих государственную тайну.

Адвокат, считая, что данное решение нарушает его конституционное право на свободный выезд за пределы РФ и является незаконным, обжаловал его в Межведомственную комиссию по рассмотрению обращений граждан РФ в связи с ограничениями их права на выезд из РФ, образованную совместным приказом МИД, МВД, Минобороны, ФСБ и СВР России (документ есть у «АГ»). 

В жалобе Николай Максимов отметил, что такое решение противоречит ст. 15, 17 Закона о порядке выезда из РФ и въезда в РФ, ст. 24 Закона о государственной тайне и Постановлению КС РФ от 7 июня 2012 г. № 14-П. Адвокат сообщил, что он участвовал в качестве защитника гражданина С. по назначению при рассмотрении дела апелляционным военным судом. При этом С. был осужден по ст. 275 «Государственная измена» и ч. 1.1 ст. 205.1 «Содействие террористической деятельности» УК РФ. Конкретные обстоятельства уголовного дела, в котором он принимал участие в качестве защитника С., свидетельствуют о том, что разглашение или выдача государственной тайны к моменту рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции уже произошли, государственной тайны к этому моменту уже не существовало, именно потому что она давно разглашена. Николай Максимов отметил, что наличие в деле сведений, полученных оперативным путем и имеющих соответствующий гриф секретности, также не является достаточным основанием для ограничения права участников процесса на выезд, поскольку такого рода сведения представляются в уголовное дело, получают статус процессуальных доказательств и подлежат рассекречиванию.

Адвокат подчеркнул, что обжалуемое решение уполномоченного органа принято без достаточных оснований и без учета правовой позиции, изложенной в Постановлении КС № 14-П/2012, в силу которой уполномоченные органы и должностные лица, принимая решение о временном ограничении гражданина в праве выезда из РФ, не могут руководствоваться одним лишь формальным критерием наличия у данного гражданина допуска к сведениям особой важности или совершенно секретным сведениям, отнесенным к государственной тайне, – такое решение во всяком случае требует выяснения характера конкретной информации, к которой гражданин имел доступ в рамках своей профессиональной деятельности, и степени ее секретности, в том числе на момент принятия уполномоченным органом решения, а также других обстоятельств, наличие которых позволяет сделать вывод о необходимости применения указанного ограничения. Таким образом, Николай Максимов просил Межведомственную комиссию принять мотивированное решение о необоснованности ограничения его права на выезд из России и предложить руководству Минюста России пересмотреть ранее принятое решение.

Читайте также

Также Николай Максимов обратился в Комиссию Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов и, излагая вышеприведенные доводы, просил принять меры по защите не только его прав, но и прав неограниченного круга адвокатов, участвующих в делах, содержащих сведения, составляющие государственную тайну. 25 августа 2025 г. председатель Комиссии Генри Резник направил заместителю министра иностранных дел РФ, председателю Межведомственной комиссии Сергею Вершинину обращение по данной ситуации. Он отметил, что, изучив обращение Николая Максимова, Комиссия ФПА считает приведенные ею доводы обоснованными.

Генри Резник привлек внимание к процессуальным правилам доступа адвоката-защитника к материалам уголовного дела, в которых содержатся сведения, составляющие государственную тайну. Так, он обязан: дать подписку об их неразглашении; принять меры по недопущению ознакомления с ними иных лиц; соблюдать требования законодательства РФ о государственной тайне при подготовке и передаче процессуальных документов, заявлений и иных документов, содержащих такие сведения (ч. 5 ст. 49 УПК). Копии документов и выписки из такого уголовного дела хранятся при уголовном деле и представляются обвиняемому и его защитнику во время судебного разбирательства. Как отметил Генри Резник, такие гарантии делают опасения утечки через выехавшего из РФ адвоката государственных секретов – изначально крайне маловероятные – едва ли не надуманными.

Вместе с тем, как указывалось в обращении, перспектива длительного запрета на зарубежный выезд создает реальную угрозу ущемления конституционного права обвиняемого на защиту адвокатом по своему выбору: уже сейчас наблюдаются случаи отказа известных, опытных адвокатов заключать соглашения, в которых фигурируют совершенно секретные сведения. Обвиняемые по такого рода делам, как правило, представляющим повышенную сложность, нередко связанным с исследованием специальных вопросов, проведением комплексных экспертиз, определением законности проведения оперативно-розыскных мероприятий, будут в подобных ситуациях обеспечиваться только защитниками, назначенными следователем или судом.

Все это, как отметил Генри Резник, приводит к выводу об очевидной избыточности применения запрета на выезд из РФ к адвокатам-защитникам в принципе как несоразмерного конституционно значимой цели – защите прав и свобод человека. Решение уполномоченного органа о применении такого запрета должно обосновываться особыми, исключительными обстоятельствами, которые в деле С., по мнению комиссии, отсутствуют.

Далее секретариат Межведомственной комиссии направил запрос в Департамент развития и регулирования юридической помощи и правовых услуг Минюста России относительно предоставления в распоряжение комиссии материалов, касающихся осведомленности Николая Максимова в сведениях, составляющих гостайну. По получении запрошенных материалов обращение адвоката было рассмотрено Межведомственной комиссией.

Согласно выписке из протокола заседания от 24 декабря 2025 г., по итогам изучения представленных Минюстом России материалов комиссия констатировала факт отсутствия экспертного заключения ФСБ России, в компетенции которой находится оценка степени секретности и актуальности сведений, содержащихся в документальных материалах, ознакомление с которыми послужило основанием для временного ограничения права Николая Максимова на выезд из РФ. Таким образом, на основании ч. 2 ст. 17 Закона о порядке выезда из РФ и въезда в РФ Межведомственная комиссия указала на необходимость обязательного пересмотра руководством Минюста России оспариваемого Николаем Максимовым решения о временном ограничении его права на выезд из России и приведения такого решения в соответствие с требованиями действующего законодательства.

19 января заместитель директора Департамента развития и регулирования юридической помощи и правовых услуг направил Николаю Максимову уведомление о том, что в соответствии с решением Межведомственной комиссии Минюстом России принято решение от 16 января об отмене ранее принятого решения о временном ограничении его права на выезд из РФ и о возможности его выезда за пределы страны. В документе отмечается, что о принятом решении также уведомлены ФСБ России и УФСБ России по г. Москве и Московской области.

Читайте также

В комментарии «АГ» Николай Максимов выразил искреннюю благодарность членам комиссий по защите прав адвокатов ФПА и АП Московской области за оказанную методологическую и моральную поддержку в разрешении сложившейся ситуации. «Я с пониманием отношусь к стремлению государства к защите сведений, составляющих государственную тайну, в том числе путем ограничения прав лиц, осведомленных с такими сведениями, на выезд из РФ. Однако в настоящий момент в соответствующих нормативных актах отсутствуют четкие и обоснованные критерии, по которым Минюст России вправе применить такого рода механизм в отношении адвоката, получившего доступ к государственной тайне при осуществлении своих профессиональных обязанностей», – прокомментировал он.

Как отметил адвокат, в его ситуации уполномоченный орган «механически», без тщательного изучения всех обстоятельств, лишь на основании уведомления суда об ознакомлении со сведениями, составляющими государственную тайну, применил в отношении адвоката ограничение конституционного права на выезд за пределы РФ. Николай Максимов подчеркнул, что, как показало рассмотрение его жалобы Межведомственной комиссией, для реализации такого механизма защиты интересов государства необходимо, в том числе, заключение ФСБ об «оценке степени секретности и актуальности сведений», ознакомление с которыми послужило основанием для ограничения права на выезд.

По мнению адвоката, необходимо внесение изменений в нормативно-правовые акты, регулирующие порядок ограничения права на выезд адвокатов, которые предусматривали бы возможность применения такой меры уполномоченным органом исключительно при наличии соответствующего предварительного заключения ФСБ. «Кроме того, я поддерживаю мнение Генри Резника о том, что “в принципе адвокаты не должны ограничиваться в своем праве на выезд из страны в связи со своей профессиональной деятельностью по той причине, что в делах, которые открываются в связи с разглашением или выдачей государственной тайны, к моменту их рассмотрения в суде ее уже не существует, именно потому что она давно разглашена”. Однако, как показывает практика, такого рода случаи происходят, и адвокатское сообщество должно использовать свой авторитет, чтобы довести до уполномоченных государственных органов свою позицию по данному вопросу и убедить в необходимости оценки всех обстоятельств каждого конкретного случая при применении такого инструмента, как “ограничение права на выезд за пределы РФ”», – поделился мнением Николай Максимов.

«Безусловно, радует компетентное выполнение государственным органом своей ответственной работы. Межведомственная комиссия уже не впервые отменяет решения, необоснованно ограничивающие право адвоката на свободный выезд из страны. Полагаю, что уголовная защита в принципе не дает оснований для такого запрета. Крайне редкие исключения, наверное, возможны. Но должны устанавливаться тщательной экспертизой», – прокомментировал председатель Комиссии Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов Генри Резник.