По мнению одной из экспертов «АГ», в данном случае имеет место пересечение гражданско-правовых и налоговых правоотношений и, как обоснованно указал ВС РФ, спор с налоговым органом должен рассматриваться отдельно. Другой полагает, что эта позиция Верховного Суда будет активно использоваться налоговыми органами в аналогичных спорах, особенно при оспаривании выплат менеджменту и КДЛ.
Верховный Суд вынес Определение
№ 305-ЭС19-19461 (33) по делу
№ А40-105473/2014, в котором разъяснено, что налоговые последствия сделки, вытекающей из трудовых правоотношений, не входят в предмет судебного спора при ее оспаривании.
АО «Мосстроймеханизация-5» являлось инвестиционно-строительной компанией, занимавшейся жилищным и дорожным строительством. С 1 сентября 2003 г. по 14 сентября 2021 г. Николай Логачев был заместителем генерального директора этого общества. В 2004–2018 гг. он непрерывно входил в состав совета директоров предприятия, являющегося постоянно действующим коллегиальным органом управления. В 2011–2012 гг. ему ежемесячно выплачивалось 850 тыс. руб. (оклад, надбавка и выплаты из поощрительного фонда). Кроме того, с ноября 2011 г. по ноябрь 2013 г. Николаю Логачеву помимо указанных ежемесячных выплат было начислено 37,1 млн руб. в виде премии за счет прибыли, тринадцатой зарплаты, матпомощи и вознаграждения члену совета директоров АО. «Мосстроймеханизация-5» являлось налоговым агентом этого работника по НДФЛ и страховым взносам. В связи с этим из начисленной суммы работодатель удержал 4,8 млн руб. и выплатил ему 32,3 млн руб.
На момент совершения этих платежей «Мосстроймеханизация-5» имела неисполненные обязательства перед кредиторами: в августе 2011 г. в размере более 22 млн руб., в октябре 2011 г. – более 33 млн руб., в декабре 2011 г. – более 63 млн руб. Впоследствии эта задолженность увеличивалась нарастающим итогом. К началу 2013 г. неисполненные обязательства АО перед сторонними кредиторами составили более 2,3 млрд руб., долг по которым впоследствии так и не был погашен. В начале августа 2014 г. в отношении «Мосстроймеханизации-5» было возбуждено дело о банкротстве, в начале 2022 г. должник был признан банкротом.
В январе 2023 г. в суд поступило заявление конкурсного управляющего об оспаривании начисленных и выплаченных платежей в пользу Николая Логачева с ноября 2011 г. по ноябрь 2013 г. 37,1 млн руб. Заявитель настаивал на взыскании с Николая Логачева незаконно полученных денежных сумм, а также на прекращении обязательств должника по уплате начисленных на спорные выплаты НДФЛ и страховых взносов.
Суд удовлетворил требования, а апелляция и суд округа поддержали его определение. В качестве последствий признания сделки недействительной с ответчика было взыскано в пользу должника 12,9 млн руб. Кроме того, были сторнированы обязанности «Мосстроймеханизации-5» как налогового агента экс-работника по начисленным ему денежным выплатам в отношении НДФЛ и страховых взносов, начисленных на премии, тринадцатую зарплату, матпомощь и вознаграждение членам совета директоров. Суды исходили из того, что выплаты осуществлены аффилированному с должником лицу, входившему в его руководящий состав, Николай Логачев был осведомлен о состоянии дел в АО и наряду с другими руководителями принимал решение об этих выплатах. Они также сочли, что спорные выплаты были произведены безосновательно, так как они носили премиальный характер, в то время как деятельность предприятия была системно убыточной.
Суды также сочли, что полученное ответчиком квалифицируется как его неосновательное обогащение, подлежащее возврату должнику по ст. 1103 ГК РФ. Подобные доходы не подлежат налогообложению. Как следствие, «Мосстроймеханизация-5» не должна что-либо удерживать у работника из выплаченных сумм и уплачивать в бюджет в качестве налогов и страховых взносов. Права кредиторов должника не должны зависеть от факта возврата Николаем Логачевым, злоупотребление правом которого установлено, платежей должнику. В аналогичном споре с иным ответчиком – Александром Гладышевым последствия недействительности сделки применены таким же образом, что имеет преюдициальное значение.
После изучения кассационной жалобы УФНС по г. Москве Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда заметила, что предмет кассационного обжалования по этому делу сводился к решению вопроса о возможности прекращения обязанности налогового агента у работодателя при признании судом недействительным перечисления зарплаты работнику. В связи с этим Экономколлегия, в частности, напомнила, что недействительность перечисления должником-банкротом денег иному лицу влечет обязанность последнего вернуть в конкурсную массу должника полученные деньги. Сделка, вытекающая из трудовых правоотношений, может повлиять на возникновение и иных последствий для должника-банкрота, в частности налоговых.
Как пояснил ВС, правомерность исчисления и уплаты налогов и сборов, как и прочие обстоятельства, связанные с этими правоотношениями, проверяются судом при наличии судебного спора по этому предмету, а налоговая служба является стороной этого спора. При этом налоговые последствия сделки, вытекающей из трудовых правоотношений, не входят в предмет судебного спора при ее оспаривании. Вопросы возникновения, исполнения и прекращения налоговых обязанностей, в том числе и обязанностей налогового агента, должны рассматриваться и оцениваться в рамках отдельного самостоятельного судебного спора при наличии к тому соответствующего повода.
Рассматриваемый спор касался действительности начисления и выплаты АО денежных средств в счет оплаты труда своего работника. Возникновение, исполнение и прекращение налоговых обязанностей должника не входили в предмет этого спора. Соответственно, не могло быть принято и судебное решение об освобождении предприятия от исполнения обязанности по уплате налога и страховых взносов. Недопустимо автоматическое решение такого вопроса в качестве одного из последствий недействительности сделки. В связи с этим доводы должника о правовой квалификации полученного ответчиком с точки зрения налоговых правоотношений не имеют значения для разрешения данного обособленного спора.
Также несостоятельна ссылка судов и «Мосстроймеханизации-5» на преюдициальное значение обстоятельств, установленных в судебном акте по спору, рассмотренному с участием иного лица и без участия Николая Логачева. В силу буквального содержания п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства схожего судебного спора, рассмотренного в отношении иного лица, не имеют преюдициальных свойств для этого дела. В связи с этим ВС отменил судебные акты нижестоящих судов в части, касающейся прекращения обязанностей АО «Мосстроймеханизация-5» как налогового агента Николая Логачева по начисленным ему денежным выплатам, отказав в удовлетворении заявления в этой части.
Адвокат КА «Свердловская областная гильдия адвокатов» Мария Стальнова
поддержала выводы Верховного Суда. Она отметила, что в данном случае имеет место пересечение гражданско-правовых и налоговых правоотношений, регулируемых нормами гражданского и налогового права соответственно. «Признание недействительными выплат работнику организации, безусловно, влечет за собой утрату основания для осуществления налоговых платежей и страховых взносов. При этом заявленные требования касались правоотношений между работником и организацией. В части налоговых правоотношений требование заявлено ненадлежащим образом. Как указал ВС, спор с налоговым органом должен рассматриваться отдельно. Действительно, сам вопрос подлежит отдельному исследованию, при этом допускается соединение в одном споре разных, но связанных между собой требований, при наличии процессуальных оснований. Правовым последствием признания сделок недействительными является двусторонняя реституция. Разрешение вопросов с правовыми последствиями, наступившими в тот момент, когда сделки еще не были признаны недействительными, а презюмировались как законные, выходит за рамки заявленного предмета. При этом требование должно быть направлено на восстановление нарушенного права», – пояснила эксперт.
В рассматриваемом случае, как указала адвокат, обязанность по уплате налога и страховых взносов, вероятно, была исполнена; соответственно, после констатации недействительности сделок по выплате заработной платы работнику основание для перечисления денежных средств в качестве налога и страховых взносов следует считать несуществующим, денежные средства – полученными без наличия к тому основания. «Дополнительно к изложенным ВС РФ выводам относительно утверждений судов о преюдициальном характере обстоятельств, установленных судебным актом по иному спору с иными лицами, следует отметить следующее: обстоятельства, установленные в ином споре с иными лицами, не могут иметь преюдициальное значение, так как они установлены между иными лицами. В споре с данными лицами в любом случае присутствуют свои фактические обстоятельства. Фактически суды, говоря о преюдициальности обстоятельств, придали преюдициальное значение правовой оценке суда способа применения последствий недействительности сделки, что является нарушением ст. 69 АПК РФ», – заключила Мария Стальнова.
Адвокат, партнер юридической компании a.t.Legal Андрей Торянников отметил, что ВС принципиально разграничил последствия оспаривания сделок в банкротстве и налоговые последствия таких сделок. Он пояснил: нижестоящие суды фактически признали, что раз выплата квалифицирована как неосновательное обогащение, то она утрачивает характер дохода по смыслу ст. 208 НК РФ, а значит, автоматически отпадают обязанности налогового агента. ВС с этим не согласился и подчеркнул: налоговые последствия не входят в предмет спора об оспаривании сделки в банкротстве и не могут корректироваться попутно в рамках применения ст. 167 ГК РФ и ст. 61.6 Закона о банкротстве.
«С точки зрения налогового права это означает подтверждение автономии налогового обязательства и самостоятельности статуса налогового агента. Обязанность исчислить, удержать и перечислить НДФЛ возникает в силу факта выплаты дохода, а не в силу гражданско-правовой действительности или недействительности основания для такой выплаты. Даже если впоследствии выплата оспорена, это не устраняет автоматически публичную обязанность по уплате налога, пока не произведен фактический возврат и не отражены соответствующие корректировки в налоговом учете. ВС тем самым фактически поддержал позицию ФНС о невозможности ретроактивного аннулирования налоговых обязательств без соблюдения процедур НК РФ», – полагает эксперт.
Он обратил внимание: ВС также отметил, что признание сделки недействительной само по себе не прекращает налоговые обязательства должника как налогового агента. «Вопросы корректировки НДФЛ и страховых взносов, возврата налога или прекращения обязанностей налогового агента должны рассматриваться в рамках самостоятельного налогового спора, а не автоматически в деле о банкротстве. Иными словами, суд в рамках дела о банкротстве не вправе обнулять налоговые обязательства компании только потому, что сама выплата признана недействительной. Как и сложившаяся ранее судебная практика, подтверждающая возможность перерасчета налоговых обязательств лишь после фактического возврата сторонами друг другу всего полученного по недействительной сделке, позиция, сформулированная ВС в данном определении, будет активно использоваться налоговыми органами в аналогичных спорах, особенно при оспаривании выплат менеджменту и КДЛ», – резюмировал Андрей Торянников.