По мнению одной из экспертов «АГ», законодатель стремится повысить добросовестность участников отношений, сократить количество судебных споров и стимулировать стороны решать конфликты во внесудебном порядке. Другой заметил, что это превосходные и давно назревшие поправки, радикально пресекающие две самые злостные формы «потребительского экстремизма».
В конце декабря Президент России подписал поправки
в отдельные законодательные акты, в том числе Закон о защите прав потребителей, согласно которым штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в ряде случаев не будет взыскиваться с изготовителя, исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера.
Во-первых, указанные субъекты предпринимательской деятельности избегут этой ответственности, если они добровольно не удовлетворили требования потребителя по вине последнего, в том числе при уклонении его от совершения действий, предусмотренных Законом о защите потребителей, или при неисполнении им обязательств, в результате чего требования потребителя остались неудовлетворенными. Во-вторых, они будут освобождены от уплаты такого штрафа, если не исполнили или несвоевременно исполнили обязательства перед потребителем из-за нарушения контрагентом договорных обязательств. Исключение составит случай, когда ответственные лица действовали недобросовестно или неразумно при выборе контрагента. В-третьих, наличие медиативного соглашения между сторонами также поможет избежать уплаты штрафа, за исключением случаев, если такое соглашение не было исполнено по вине изготовителя, исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного ИП, импортера.
Согласно закону недопустима уступка потребителем права требования об уплате неустойки, размер которой определен в рамках п. 1 ст. 23 Закона о защите прав потребителей, и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя лицу, не являющемуся потребителем, если она совершается до вступления в законную силу судебного решения о взыскании указанных неустойки или штрафа. При совершении такой сделки она признается ничтожной. Если иное не установлено законом, сумма неустойки не может превышать сумму, уплаченную потребителем по ДКП товара. Когда неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.
При возврате технически сложного товара ненадлежащего качества потребитель может требовать возмещения разницы между договорной ценой товара и ценой аналогичного по техническим и эксплуатационным характеристикам, обладающего такой же степенью износа и того же года выпуска соответствующего товара на момент добровольного удовлетворения требования или на момент вынесения судом решения, если требование добровольно не было удовлетворено. Это правило неприменимо, если при заключении договора потребитель был умышленно введен продавцом в заблуждение относительно характеристик товара, что привело к приобретению им товара, характеристики которого существенно отличаются от характеристик ДКП.
В 2026 г. Правительство России может установить особенности исполнения обязательств, связанных с устранением недостатков товаров, включенных в правительственный перечень, а также нюансы применения неустойки, штрафа за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по ДКП, заключаемым в отношении таких товаров, в том числе особенности определения размера ответственности.
Кроме того, Правительство РФ должно утвердить повышающие или понижающие коэффициенты, применяемые к критериям подтверждения производства российской промышленной продукции, произведенной на свободных экономических зонах на территориях ДНР, ЛНР, Запорожья, Херсонской области и на прилегающих территориях, а также срок действия указанных коэффициентов.
Закон вступил в силу с 1 января 2026 г., за исключением поправок в Закон о защите прав потребителей, вступающих в силу с 1 февраля.
Адвокат Екатерина Тютюнникова полагает, что в рассматриваемом случае законодатель стремится повысить добросовестность участников отношений, сократить количество судебных споров и стимулировать стороны решать конфликты во внесудебном порядке. «Продавец или изготовитель освобождается от уплаты штрафа, если нарушение обязательства произошло не по его вине. Такая ситуация возможна, когда поставщик не исполнил договор вовремя, а выбор контрагента со стороны продавца был разумным и тщательно обоснован. Освобождение допускается и в том случае, если покупатель сам препятствовал исполнению договора – уклонялся от действий, предусмотренных законом, или затягивал процесс. Кроме того, финансовые санкции не применяются, если стороны подписали и исполнили медиативное соглашение. До момента вступления решения суда в законную силу запрещено переуступать право требования штрафа лицам, не являющимся потребителями. Любая такая сделка будет ничтожной и не повлечет правовых последствий», – заметила она.
Эксперт добавила, что ранее суды почти всегда назначали дополнительный штраф в размере 50% от присужденной суммы. «Теперь этот подход смягчен: если продавец докажет, что нарушение сроков исполнения требований вызвано действиями покупателя, контрагента или было устранено в рамках досудебного урегулирования, суд вправе уменьшить или вовсе не назначить штраф. Таким образом, законодатель поддерживает идею разумного баланса интересов и поощряет примирительные процедуры. При возврате сложной техники стоимость аналога будет определяться с учетом степени износа, года выпуска и реального состояния изделия. Такой подход делает оценку объективной и ближе к рыночной практике. Однако если доказано, что продавец намеренно ввел потребителя в заблуждение относительно характеристик или состояния товара, то расчет с учетом износа применяться не будет, а права покупателя подлежат усиленной защите», – полагает адвокат.
Говоря о запрете переуступать до судебного решения право требования штрафов и неустоек третьим лицам, она отметила, что эта мера должна ограничить деятельность посредников, которые раньше выкупали подобные права у граждан и использовали их в коммерческих целях. «Теперь документальное оформление каждой стадии взаимодействия между покупателем и продавцом приобретает критическое значение. Акт приема товара на экспертизу, фиксация дат и условий обращений, подтверждение получения уведомлений – все это станет ключевой частью доказательственной базы в спорах. Несмотря на декларируемую направленность на баланс интересов, новые правила могут создать поле для недобросовестных действий со стороны продавцов и изготовителей. Смягчение санкций и возможность ссылаться на вину контрагентов или самих потребителей способны привести к уклонению от ответственности. Некоторые участники рынка могут использовать механизм медиации или право на снижение штрафа не для урегулирования конфликта, а как способ затянуть процесс и снизить выплаты. Поэтому важную роль будет играть судебная практика – именно от ее последовательности и объективности зависит, сохранится ли реальная защищенность потребителя», – резюмировала Екатерина Тютюнникова.
Адвокат АБ «ЮГ» Сергей Радченко назвал поправки превосходными и давно назревшими, радикально пресекающими две самые злостные формы «потребительского экстремизма», о которых он неоднократно ранее высказывался в «АГ». «Поправки в ст. 13 Закона о защите прав потребителей влекут невозможность для потребителя взыскать штраф, если он предъявил продавцу претензию о возврате денег за некачественный товар, однако сам товар продавцу для проверки качества не предоставил. Ранее ВС РФ отказывал во взыскании штрафных санкций с продавца в подобных случаях, но нижестоящие суды постоянно колебались, а теперь это норма закона. Изменения в ст. 23 закона – это пресечение абсурдной судебной практики в отношении возврата дорогостоящих товаров, в результате которой сумма неустойки могла многократно превышать стоимость самого товара, в результате потребитель не только возвращал свое, но еще и неплохо зарабатывал за счет продавца, что открывало многим потребителям и их объединениям возможность просто “кормиться” за счет неустоек; теперь эта лазейка наконец-то закрыта», – заключил эксперт.